Новости, события

Новости 

"Вместе двести лет и несколько веков" (Леонид Подольский. "Идентичность". Роман) ("Критика. Эссе")


 

Эта книга наполнена смыслом и символами. Рабочее название романа было весьма бесхитростно: «Еврей». Многие произведения разных авторов могли бы иметь такой «кассовый» заголовок. Окончательное более удачно, оно оставляет плацдарм для серьезных размышлений. Действительно, можно согласиться с автором: роман Леонида Подольского об утере и обретении идентичности. Впрочем, роман имеет много смыслов и линий, каждый читатель может найти в нем свое. Это роман о России, об Израиле, о человеческих судьбах, об истории, о древней Хазарии, о демократическом движении… Можно назвать еще ряд тем. Но все же эта тема – об утере и обретении идентичности – главная.


Какую схожесть  имеет в виду автор, с кем отождествляет он главного героя? Догадаться не трудно, писатель дает своему герою собственное имя и отчество. Сходны, хотя отнюдь не тождественны, и многие страницы обоих биографий.Леонид Григорьевич Вишневецкий –одна из ипостасей автора? Хотя, один ли в романе «Идентичность» главный герой? Параллельно в романе речь идет о тысячелетней судьбе еврейского народа в целом, о его истории с древнейших времен, о его исторических связях с русским. Роман, иллюстрирующий различные грани этих отношений, насыщен самыми разными, порой сентиментальными, трогательными до слез эпизодами. И даже реконструкциями истории.


Леонид Подольский в прошлом ученый, научный сотрудник, кандидат медицинских наук. В его романе немало научного: история, вплоть от древних веков до нашего времени: древняя Русь, древняя Хазария, истории иудаизма, популяционная генетика, иудаика. Но нужно отдать должное Подольскому: научные знания он излагает очень легким языком, захватывающе интересно. Подольский вообще отличается чрезвычайной легкостью и изяществом языка. В сочетании с огромной эрудицией. 


Пришедшее на смену первоначальному заглавию новое напрашивается на расширительное толкование. Идентичность, тождественность, полное сходство… Кого с кем? Видимо, несмотря на все отличия, автор идентифицирует своего героя с российским человеком в его лучших проявлениях.


Произведение развивается в двух параллельных плоскостях: глобальные исторические события переплетаются в нем с частной, личной жизнью. Иной раз создается впечатление: глобальное, историческое волнует автора больше. Это не случайно: в полотне подобного масштаба эпоха зачастую выходит на первый план.


Роман Подольского полемичен, в нем предлагаютсяразные версии тех, либо иных событий, ставших уже достоянием истории, однако до сих пор не оставляющих людей равнодушными. В частности, он с открытым забралом и весьма успешно вступает в полемику и с Львом Гумилевым, и с Игорем Шафаревичем, отстаивает существование единого еврейского народа. У автора заметно большое желание с максимальной подробностью описывать исторические события, причем происходившие по всему миру, в том числе показать, как и откуда росла юдофобия. Однако в какой-то момент сам же боится перегрузить повествование чрезмерными подробностями и оттого сбивается на скороговорку. Правда, затронув тему кратко в основном тексте, Подольский отыгрывается в многочисленных примечаниях. С одной стороны, это помогает читателю глубже войти в тему, узнать немало интересного. С другой, изрядно тормозит чтение. Похоже, в этом принципиальная позиция писателя. Для Подольского литература – не развлечение, не легкое чтиво, но – художественная история. Подольский пишет для серьезного, вдумчивого, кропотливого читателя. Недаром в качестве образца он называет «Войну и мир», Льва Толстого, Достоевского, Гоголя. Автор, несомненно, любознателен и хочет поделиться своим знанием с читателем. Так возникает сцена в Вильнюсской синагоге, когда случайно встреченный синагогальный староста читает  главному герою и его жене целую лекцию по истории иудаизма. Впрочем, разговор действительно трогательный и интересный. И поучительный.

 

Автор старается быть объективным. Хотя его взгляды очевидны, автор явный либерал, однако достается на орехи и демократической оппозиции, к которой Леонид Подольский относится с немалой иронией. Тут, впрочем, не просто ирония. Автор пытается понять и объяснить, почему демократы в конце концов потерпели поражение. Словом, хождение главного героя в это самое демократическое движение, в политику, оказалось недолгим и неудачным. Автор и его герой – кажется, оба – одинаково разочаровались и в демдвижении, и в народе.


В своем романе Подольский щедро использует фольклор, приводит много анекдотов, бытовавших в брежневскую эпоху. Они, эти анекдоты, были хорошо известны людям разных социальных слоев, горожанам и сельским жителям. Наверное, их и сейчас хорошо помнят те, кому за пятьдесят. Помните: «При Брежневе, как в самолете: тошнит, а выйти нельзя». Или «София Лорен спрашивает генсека: «Леонид Ильич, почему вы не отпускаете людей на свободу?». «Ах, плутовка, - смеется тот, - неужели захотела остаться со мной наедине?».


Недавно автору романа стукнуло 70. Основное действие «Идентичности» происходит примерно в этом временном отрезке, в хорошо знакомые писателю годы советского и российского прошлого. Чего писатель не видел сам, узнал из рассказов близких, друзей. Есть и экскурсы в прошлое, но все же большинству событий он был свидетелем. Это позволяет считать роман отчасти автобиографическим. Однако принципиальная разница между автором и героем имеется: Леонид Вишневецкий из романа в конце концов покинул страну, уехал в землю обетованную, а писатель-очевидец – остался.   


О романе Леонида Подольского можно спорить. С чем-то можно не соглашаться. Но, несомненно: «Идентичность» стоит прочесть. Это – один из самых ярких и необычных романов в современной российской литературе.

 

 

 


Издательство «Золотое Руно»

Новое

Новое 

  • 07.08.2018 19:19:12

    Валентин Нервин. "По всем углам неласковой Отчизны" ("Поэзия")

    "По всем углам неласковой Отчизны, где трын-трава дороже, чем трава, последние часы нелепой жизни растратив на красивые слова, мы вымираем, хуже тараканов, и вылетаем задом наперед из края одноразовых стаканов, который без поэзии умрет..."

  • 20.07.2018 19:15:00

    О фильме "Довлатов" (2018)- Письмо Ильи Плинера ("Письма в редакцию")

    "Фильм "Довлатов" не только передал мой душевный настрой накануне эмиграции - но и воздействовал на меня, по выражению Ф. Кафки,” как удар раскалённого молота по обнажённому черепу..."

  • 10.07.2018 21:09:20

    Галина Ицкович. "Май в Кордове" ("Россия и мир")

    "Если ехать в Андалусию, то непременно в мае. Начиная с пасхальной недели до самого конца мая что-нибудь необычное да происходит в Кордове, Севилье или Гранаде: шествие майских крестов, Святая Неделя с ярмарками и представлениями на открытом воздухе, фиеста "Морос и Христианос" (мавры и христиане - две влиятельные силы в культуре Андалусии) с костюмированной процессией и театрализованными представлениями. Мне посчастливилось побывать на кордовской "Битве цветов" в мае прошлого, но настоящие счастливцы были там в только что прошедшем мае-2018 - именно в этом году фестивалю-конкурсу исполнилось 100 лет, и, судя по фото на сайте "цветочной битвы", празднества превзошли все ожидания..."

  • 26.06.2018 21:04:00

    Инесса Розенфельд. "Давид- одолевая Голиафа" (воспоминания об отце). ("Критика. Эссе")

    "Мой папа совершил невозможное. Оставшись сиротой после войны, потерявший свое здоровье и получивший инвалидность, эмигрант в чужой стране, он смог оставить заметный след в истории и стать почетным гражданином европейского города. На протяжении всей его жизни судьба как будто испытывала его, отнимая все самое дорогое – родителей, близких людей, дом, родину, профессию... Однако его дух оказался сильнее жизненных обстоятельств..."

  • 02.06.2018 18:51:43

    Инесса Розенфельд. Стихотворения ("Поэзия")

    "Левое полушарие мозга - логика, разум и власть. Правое - голое чувство и всякие страсти не в масть. Между ними конфликт, раздрай, нервный срыв и множество прочей дури. От этого не уйти и самой цельной натуре..."

  • 18.04.2018 0:10:00

    Евгений Брейдо. "Долг" ("Критика. Эссе")

    "...Воевал Анри непрерывно с восемьсот пятого года, был в русском походе, и войны ему было достаточно. До сих пор не мог понять, как не замерз под Смоленском, тихо засыпая у костра возле своей палатки. Ему снилось что-то нежное, ласковое – Ив, он гладит ее темные волнистые волосы, шелковые пряди рассыпаются под его ладонью. Разбудил адъютант маршала Нея с приказом немедленно поднять полк: они уходили от русских. Анри командовал полком улан – блестящей праздничной кавалерии, любимцев императора, проносившихся от победы к победе по европейским полям. Под Бородином именно они заставили отступить левый фланг врага – там сражался героический Багратион. Сейчас у него в полку не было ни одной лошади..."

  • 17.04.2018 21:57:21

    Леонид Подольский. "Выдержки из выступления на вечере 2-го апреля в Центральном доме литераторов, посвященном представлению книги «Судьба» ("Критика. Эссе")

    "Вопрос, который очень часто задают самые разные люди (обычно не литераторы): «О чем Вы пишете?» Вопрос, казалось бы, совершенно простой, но ответить чрезвычайно трудно. Ведь у каждого произведения своя тема. И все же, я думаю, не станет похвальбой: я пишу социально заостренную прозу. О том, что происходит со страной, о непроглядной советской тьме, о несвободе, о том, почему демократия не состоялась, а революцию украли, о пороках власти, о болях и проблемах общества. А показать это все можно, только показывая жизнь людей, их судьбы. В этом смысле я, можно сказать, строго следую русской классической традиции..."

Спонсоры и партнеры