Новости, события

Новости 

Александр Моцар








Александр МОЦАР- поэт, прозаик. Куратор сетевой версии нью-йоркского литературно-художественного альманаха «Черновик». Лауреат журнала «Дети Ра» (2006).  Организатор (совместно с Юрием Гиком) международного мейл-арт-проекта «45 лет школы корреспонденции Рэя Джонсона» (2008). Шорт-листер и победитель поэтического слэма Григорьевской премии (2015). Вице-президент Академии Зауми Украины. Участник литературной группы ДООС.  Автор прозаико-поэтических сборников «Бим и Бом и другие клоуны» (2013), «Родченко (кошки-мышки)» (2016), многочисленных публикаций в российских, украинских, американских, французских, немецких литературных изданиях, в том числе журналах и альманахах «Дети Ра», «Черновик», «©оюз Писателей», «Журнал ПОэтов», «Альманах Академии Зауми», «Акт», «Словолов», «Стетоскоп», «СТЫХ», «Футурум АРТ», сетевом литературно-философском журнале «Топос» и др. Живёт в Киеве.

  

Произведения автора:

 

 

   

Профессор Пампасов опёрся руками о кафедру и резко сказал: «Короче,
Дважды я вам повторять не стану. Запомните то, что скажу, до глубоких седин.
Если вы где-нибудь, даже во сне, встретите Силу Готовченко,
То никогда не говорите с ним… Кстати, где Петя Фомин?»

 

Эту самую лекцию, которую так начал эффектно профессор, проспал
Петя Фомин по причине вчерашнего буйного пьянства.
Снится ему, что идёт он по улице, плохо ему и подходит к нему румяный амбал
И представляется – Сила Готовченко – после чего приглашает его в подпространство

Опохмелиться за его счёт. Петя Фомин соглашается тут же.
Оба спускаются в мутный подвальчик с прокисшей, больной атмосферой.
Ступени скользят под ногами. Крысьи глаза шелестят в темноте тихим ужасом.
У Силы Готовченко факел в руках мерцает рассветной Венерой.

 

Гулко ступает по плитам Готовченко, как кажется Пете, – по плитам могильным.
Игра светотени от факела увеличивает и без того его исполинский рост.
У Пети закрадываются подозрения относительно Силы.
И как только закрались они, Петя заметил рога на его голове, а на заднице — хвост.

 

Этим хвостом Готовченко приобнимает за талию Петю. Несильно, но строго
Он поднимает и тихо усаживает напротив себя испуганного Фомина.
Из головы своей с хрустом выламывает оба хрустальных рога
И наливает в них до краёв красного полусухого вина.

 

«Очень надеюсь, что после беседы со мной, ты, Фомин не свихнёшься, — 
Он говорит, одёргивая на себе грязный и рваный под мышкой пиджак. — 
И не волнуйся, сразу же после этого разговора ты мгновенно проснёшься,
Но тут же поймёшь нерушимую истину, а именно то, что ты полный дурак.

 

Это открытие перечеркнёт всю твою прошлую жизнь, и ты до скончания века
Будешь пытаться его опровергнуть. Ты станешь крайне серьёзным.
Это и есть самая главная тайна взрослого человека.
Тайна эта, по сути, и делает человека взрослым».

 

После сих слов Готовченко сплюнул на пол, но попал Фомину на ботинок.
Петя проснулся. Тупо ворочаясь в мыслях, глядит он перед собою.
Память его, словно дождь, — краски смывает с босхианской картины.
И сквозь висок, будто птенец из яйца, пробивается истина с болью.

 

 

***


Миша Мячиков и Гена Себякин утверждают, что они поэты

Насилующие реальность методом её хаотичного искажения.

Часто, они рассуждают об этом,

Подогревая водкой своё воображение.

 

Мячиков горячится, насилуя реальность в своём эстетическом хаосе.

От напряжения на губах его выступает пена.

Он утверждает, что лучшая поза реальности это поза страуса.

Но брезгливо поглядывает на него Себякин Гена.

 

Он грубо перебивая Мишу настаивает, что  как можно активней

Нужно насиловать реальность глядя ей в глаза, в группе и поодиночке.

Миша смущённо замечает, как при этом на Гене штаны спортивные

Натягиваются в районе фаллоса, и на них распускается влажная точка.

 

Себякин перехватывает взгляд Михаила и надменно

Садится за стол, отхлёбывает водку с горла.

Миша знает, что Себякин давно и безответно

Влюблён в его сестру, с которой Гена встречался, но которая его прогнала.

 

Оба поэта замолкают ненадолго.

Осмысливая то ли сказанное, то ли пережитое ими когда-то.

И тогда, то, что реальней, чем ночной разговор и выпитая водка

Берёт их за горло и не отпускает от этого рассвета до следующего заката.

 

 

***


У Гарика Доброго была недобрая репутация.
Про него говорили, что он и матери родной плюнет в душу.
По-видимому, при рождении ему забыли проколупать дырку в заднице
И поэтому, все дерьмо пёрло из него словесно наружу.

 

С Добрым не хотели связываться, и Гарик знал об этом отлично. 
Вечерами он валялся на лоснящемся салом диване расцветки удава.
На физиономии его играла улыбочка циничная.
Иногда бланж переливался, то под левым глазом, то под правым.

 

Добрый смаковал скандально прожитый день как десертную порцию.
Рюмочками, принимая вовнутрь приготовленную им же настойку. 
Ему нравились такие взаимоотношение с социумом.
Так же как нравилось, что окна его квартиры выходят на помойку.

 

Когда он смотрел на неё, то сладкая истома
Его обнимала, словно девушка, в которую он был влюблён тайно и строго.
Добрый знал подробности жизни каждого жильца дома.
И конечно любимой, анализируя помои, которые она выносила под его окна.

 

Он точно знал, что она на обед и ужин варила.
Он так же знал, что встречается она с каким-то артистом.
У него была мечта, чтобы возлюбленная, его чулком удавила.
И представляя это, Гарик часто занимался онанизмом.

 

По сути, так и случилось. Мне сообщили вчера,
Что Добрый голым повесился на чулке подобранном на помойке.
Жители нашего железобетонного двора
Жёстко отозвались о жизни и смерти покойника.

 

 

***


У Валентина П. – острая паранойя.
И, как он утверждает, мистические видения.
Когда-то он вышел на путь воина,
И дошёл до двухцентнерного ожирения,

 

И сверхценной идеи своего величия,
Подтверждённой массой своего тела.
Он страдает от тупого безразличия
Человечества, которое его не разглядело.

 

Он знает, что всё это происходит не случайно.
Он знает того, кто «перешёл ему дорогу».

А еще у Валентина есть большая тайна.
По ночам Валентин говорит с Богом.

 

Как только стемнеет, он зажигает свечи.
Становится на колени и от сегодня до завтра,
С потусторонней надеждой горячо шепчет: 
–  Господи мой Боже! Тебя ведь нет!? Правда!?..

 

 

***


Тот же подвал, те же четыре стены.
Вид из окна на потерянный в хаосе метапространства завод.
Эта история произошла, еще до войны.
И не история это, а так, эпизод.

 

Там вдалеке от центральных улиц – скользкие виражи. 
Затхлой пивной сомнительный антураж.
Дым сигарет, перегар, привычные типажи.
Но за одним из столов сидел необычный персонаж.

 

Он говорил, портвейн расплёскивая из кружки,
Связно и чётко, немного волнуясь, но без остановки:
–  Новую заповедь я вам даю – жрите друг дружку, еб..те друг дружку!
Пуля в затылок тому, кто не поддаётся моей дрессировке!

 

За этой формулой нёсся галопом чужой, неразборчивый мат.
Кто-то тогда возразил по зубам этому алкашу.
Помню, у ног его, в луже вина, валялся мятый плакат:
«Я ваш новый Христос и скоро всем вам я это докажу».

 

 

Поделиться в социальных сетях


Издательство «Золотое Руно»

Новое

Новое 

  • 06.11.2018 18:42:59

    Леонид Подольский. "Четырехугольник" ("Проза")

    Юрий Матвеевич Новиков, главный редактор московского литературного журнала, много лет не читал стихи: устал, надоело, давно разочаровался в поэзии, а от того все передоверил безотказной, вечной Эльмире Антоновне, старой деве, у которой ничего за душой, кроме стихов и доброго сердца не было. В прошлой жизни она поклонялась Пастернаку, ездила к нему в Переделкино, чтобы увидеть издалека, тайно обожала Самойлова, безответно любила Коржавина и помогала по хозяйству безбытной Ахматовой. Вообще в ее натуре было обожать и влюбляться, но по величайшему секрету, так что можно было только догадываться.

  • 03.11.2018 0:14:00

    Евгений Брейдо. "Профессор N."

    Nikolai задумался. Причудливые, но неразборчивые картинки мелькали перед ним. Он откуда-то знал уже будущую историю этой новой державы, созданной на его глазах за двадцать с чем-то лет. Боясь себе признаться в странном даре, он видел и расцвет империи – стихи, балы, победы, завоевания, военные мундиры, изысканные туалеты дам, – и ее закат в зареве народных восстаний и прогрессивных идей образованного сословия. И захлестывающее безумие безобразного кровавого распада в потоках самовосхваления и лжи. Этот дар, ясное видение будущего, был не единственным. Когда бросался в мясорубку боя, где больше десяти минут никто не оставался невредимым, он знал, что неуязвим - царапины не в счет. Никому бы не смог объяснить, как он это знал, вначале боялся, но гордость была сильнее трусости, рвался в пекло, и как-то в одной из первых стычек со шведами, увидев занесенную над головой саблю, вдруг почувствовал удивительное спокойствие и откуда-то изнутри идущую власть над происходящим. Он знал, что может изменить в любую сторону ход этого сражения, войны, жизни людей вокруг и других людей, которые будут жить после, но что делать этого не нужно, и не было в его голове никаких вопросов и объяснений, почему не нужно, а было простое ясное знание.

  • 24.10.2018 6:03:26

    Галина Ицкович. "Шотландия, милая моему сердцу" (Британские зарисовки)("Россия и мир")

    О чем важно знать в Шотландии? О многовековой распре Макдональдов и Кэмпбеллов... Об истории замка и о дворце Скун... О Камне Судьбы... О Брекзите и о пиктах. Об Иакове VI Шотландском, он же Яков I Английский, сыне Марии Стюарт... О видных издалека лошадях-кельпи, олицетворяющими нынче и шотланское развитие, и мифологию, и что там еще. И, в виде бонуса, о жизни русскоязычной диаспоры в Эдинбурге.

  • 22.10.2018 21:18:12

    Лев Аннинский. "Судьба и "Судьба" ("Критика. Эссе")

    "Вообще-то приступы смеха – это не то, чего читатель ждет от эпической и лапидарной прозы Леонида Подольского. Прежде всего – анализа того, что в течение последних десятилетий – последнего столетия (?) – происходит с Россией. Что и составляет суть писательского вклада Подольского в российскую литературу. Писатель, конечно, помнит об отдельном человеке, человек вроде бы стоит у него на первом месте, но за спинами героев у Подольского всякий раз в прицеле общество. Несовершенное, заблудившееся в истории, противоречивое..."

  • 31.08.2018 20:56:00

    Андрей Дмитриев. "Стихотворения (публикация №1) ("Поэзия")

    "Учиться смирению у темноты..." Что? Что в твоих волосах? Простой клевер, что сам не знает, с какого он луга? А ещё – перо лука, вызревшего под небесами, где птицы зимой замерзают, а пока это сдобное облако да остывающий чай не дают впустить туда волка с выводком серых волчат – хоть и зябко уже на ветру. . . ."

  • 12.08.2018 20:02:00

    Игорь Альмечитов. "Двадцать пятая весна" ("Проза")

    "…Почему он, в конце концов? Мысль навязчиво преследовала. Как ни пытался он доказать себе, что был полностью равнодушен к ней, сам процесс постоянного доказывания медленно сводил с ума. Почему он? Что определило их выбор? Его неуравновешенная натура? Прошлое, где его единственным умением было убивать? Козел отпущения со стороны? Наверняка все вместе и каждый аспект в отдельности…"

Спонсоры и партнеры