Новости, события

Новости 

Владимир Косогов




Владимир КОСОГОВ родился в 1986 г. в г. Железногорске Курской области. Окончил филологический факультет Курского государственного университета. Публиковался в альманахах «ЛАК», «Созвездие», «Славянские колокола» в журналах «Нева», «Сибирские огни», «Москва». Лауреат международной литературной премии «Проявление». Участник XIV форума молодых писателей. Живет в Курске.

  

 

 

Произведения автора:

 

                                  ***

 

 

Два огня неземных

Хороводят за чахлою шторой.

Я люблю, когда тих

Зимний вечер, печальный, пунцовый.

 

Это горестный сон,

Простыней раздражающий шорох;

Это песня о том,

Как декабрь таинственный дорог.

 

Пейте ром, пейте всё,

Что теплом поцелует вас в щёки;

И ещё, и ещё –

Пейте горечь ночей одиноких.

 

Пейте чёрную смерть,

Чтобы эти огни роковые

Продолжали гореть,

Безразличные, яркие, злые...

 

 

          ***

 

Приснись мне под утро в белом, как молоко,

платье, и улыбнись, и скажи: «Легко

жить без тебя, смеяться, варить обед.

Я не скучала ни разу за восемь лет!»

И попроси отвернуться, поправь чулок,

сделай глоток из горлышка. «Одинок?

Я-то подумала, что у тебя жена

сходит с ума от ревности и вина.

Я-то надеялась встретить твоих детей,

маленьких лебедей на пруду...» На ней

белое платье, прозрачное, как дымок.

« Видишь, родная, я без тебя не смог...!»

 

 

          ***

 

Тормознул в алкогольном отделе.

Ну и кто я на самом деле?

Полуспившийся покупатель

с трехнедельною бородой?

О, Мария! О, Богоматерь!

Я боюсь не дойти домой…

 

Трубы портят архитектуру.

Поломать бы их спьяну, сдуру.

Отче наш, я живу во злобе;

Ты портвейном меня согрей,

чтоб меня не нашли в сугробе

в трех шагах от родных дверей.

 

 

          ***

 

Лги, память, безмятежно лги…

С. Гандлевский

 

Остался колокольный звон

из детства, молоко парное,

и память крутит, как циклон,

забытое и роковое.

Вот я, картавый. Девять лет.

Совсем большой, на самом деле.

Боюсь, что пачку сигарет

найдут родители в портфеле.

Потом очкарик, а потом –

жирдяй, жиденок, кто угодно –

топчу отцовским сапогом

окурок, и дышу свободно.

 

Пиши стихи без запятых,

без строчных букв, без извинений,

к балконной раме сядь впритык,

держа полнеба на коленях,

пусть крепко ёкнуло в груди,

глуши вином шестое чувство,

и все, что будет впереди –

скорей погибель, чем искусство.

 

 

          ***

 

Оглянись: твоя ли это старость

Дребезжит посудою пустой?

Много ли стихов еще осталось

Записать в небесный обходной?

 

Узнаешь звериный этот почерк:

«В» с горбинкой, сплюснутую «К».

Успокою близких между строчек –

Это просто дёрнулась рука...

 

 

          ***

 

К. Д.

 

Когда я был самим собой,

Всё виделось не так.

Махнешь усталой головой

И спрячешься во мрак.

 

Тихонько выйдешь, охмелев,

Как будто за плечом

Архангел тянет нараспев:

«Ты тоже обречен!»

 

И глазом не успев моргнуть,

Как шилом под ребро,

Душа успеет ускользнуть

Туда, где ей светло.

 

В потемках тычась наугад,

Хочу увидеть, как

Архангел, строгий как солдат,

За мной свернет во мрак.

 

 

          * * *

 

Собаку не подарили, и я весь день плакал и заперся в комнате

угловой наговорил родителям дребедень всякую, бил кулаком и

стучал ногой. Имя успел придумать овчарке: Град. Грозное имя,

не то что какой Барбос. Выйду во двор вечерний, спугну ребят.

Пусть высоко не задирают нос. И до сих пор, когда вспоминаю о

славной собаке, детской той трепотне, с глупым испугом пялюсь

в свое окно: кто там скулит так жалобно обо мне?

 

 

          * * *

 

Усталым взглядом провожать

Худые буквы на экране,

Ложиться за полночь в кровать,

Чтоб не заснуть и бормотать:

остался лучше б на диване.

 

Пить чай из кружки именной,

Где краешек отбит случайно.

Стоишь и бредишь как чумной:

«Поговорил бы кто со мной

О том, что прошлое – печально».

 

Никто, увы, не говорит.

Как дурень пялюсь в тьму ночную.

Так хочется – и это злит –

Впечатать, как палеолит,

на камень муху заводную.

 

 

          * * *

 

Толчея у ларька с шаурмой.

Я задернул цветастую шторку,

Но запомнил узор ножевой,

Разорвавший блатную наколку

На упругом мужицком плече,

Где решетки висят над иконой

И колпак на шальном палаче

У предплечья в крови запечённой.

 

Я такую же видел, сопляк,

У братьёв, почитающих смелость.

Мне хотелось примерить партак,

Умирать за него – не хотелось.

Детский страх... Это он уберег,

Натаскал, чтоб на съемной квартире

Равнодушно смотрел на мирок,

Где мешком человека накрыли.

 

 

           * * *

 

Христос воскрес, а Лёша не воскрес.

Попал на Старом рынке, у «художки»,

Как рассказали старшие, в замес,

Минут пятнадцать ждали неотложки.

 

В двух метрах продавали куличи,

Иконки, серебро — в церковной лавке.

И напрягались, словно силачи,

Святые лики, лежа на подставке.

 

Хоть Богоматерь хмурила чело,

Косясь на шило, всаженное строго

Под пятое – смертельное – ребро,

Быстрее не приехала подмога.

 

Подумал я: успеет ли простить

Меня Господь? И можно ль отвертеться?

Лишь медсестра пыталась запустить

По новой обескровленное сердце.

 

 


Поделиться в социальных сетях


Издательство «Золотое Руно»

Новое

Новое 

  • 07.01.2019 5:47:46

    Галина Ицкович. «Как помочь ребенку с аутизмом? Книги, идеи, методы» ("Родителям о детях")

    Пришельцы? Да, все без исключения дети - это пришельцы с другой планеты, и требуется немало размышлений для того, чтобы передать им наш язык, от жестов до слов, нашу систему символов и принятые "у нас" способы думать и, как результат, вести себя похожим на нас образом. Разве не это требуют от детей?

  • 31.12.2018 5:05:15

    Сергей Носов А НЕВЕСОМОСТЬ ЭТО ХОРОШО ("Поэзия")

    А невесомость это хорошо паришь себе в саду веселым утром касаешься деревьев и травы как легкая прозрачная пушинка . . .

  • 17.12.2018 8:41:40

    Сергей Сутулов-Катеринич - "Аксиома выбора — ангельская правда" ("Поэзия")

    …настанет Старый Новый год — секунда тренькать перестанет, сорокаградусный народ узреет истину в стакане. американит русский крот, лосось норвежский пакистанит, зайчонок чинит луноход, Чеширский кот месопотамит…

  • 11.12.2018 8:09:59

    Светлана Донченко, "БЛИНДАЖ" ("Проза")

    Глава первая. Наташка - Наташка! Наташка! Выходи уже! Все тебя ждут! – В открытое окошко вместе с ветром залетели выкрики с улицы. Отложив в сторону толстую книгу, синеглазая девчушка громко потянулась. - Сейчас иду! – ответила она звонким голосом. Наташка росла очень проворной девчонкой. Смелая, ловкая, с бойцовским характером, она всегда была лидером среди своих ровесников. Её уважали и девчонки, и мальчишки. Особенно мальчишки, потому что в дворовой футбольной команде была она капитаном и лучшим нападающим всей округи. Невысокая и худющая, с торчащими с двух сторон тоненькими косичками, перевязанными неизменной голубой атласной лентой, всегда вихрем влетала она в круг ожидающих её на поляне друзей-товарищей и вещала громко и зычно...

  • 03.12.2018 0:17:58

    София Максимычева. "Стихотворения (публикация №1) ("Поэзия")

    ...нет, не ко времени уют, удел неверных – переправить поток словесный; отойдут в небытие реестры правил. пусть дверь достаточно легко закрыть, но я не закрываю; твоя лопата, землекоп, блестит на солнце. грузной стаей лишенцев движется отряд полдневных стражей, вне закона им становиться. догорят огни в пространстве разобщённом, когда без отчеств и имён твой род извечный не запомнить! но ты опять вооружён, богоотступник и наёмник...

  • 02.12.2018 0:37:28

    Афанасий Надькин. Пьеса "Любимые мужички" ("Драматургия")

    Давний недруг писателя Лескова Н.С., его личный «цензор», государственный контролер и сенатор Филиппов Т.И., обнаруживший в новом романе писателя «На ножах» эпизод, где Орловская губерния характеризуется как обитель зла, требует у автора обосновать это утверждение, предрекая в противном случае недовольство царя. Лесков обращается за советом к собратьям по перу, своим землякам Тургеневу И.С. и Фету А.А. Посовещавшись, они самоорганизуются в судебную «тройку», через которую проходят свидетелями и участниками известные исторические личности, имеющие отношение к Орлу и существенно повлиявшие на его судьбу. Правда, открывающаяся на суде, ошеломляет, и участники его становятся кто жертвами, кто преступниками. Достается и судьям…

Спонсоры и партнеры