Новости, события

Новости 

Ирина Фещенко-Скворцова




Ирина ФЕЩЕНКО-СКВОРЦОВА- поэт, эссеист, член Союза российских писателей, переводчик. Доцент, кандидат педагогических наук. С 2003 г. живёт в Португалии. Автор четырёх книг стихов и литературно-критических эссе, последняя книга «Блажен идущий» опубликована в 2014 г, автор рассказов, многочисленных литературных публикаций в поэтических антологиях и периодических журналах, статей об особенностях поэтической техники отдельных португальских авторов, более 60 научных публикаций по проблемам творчества в педагогике и психологии. Переводчик португальских, 
бразильских, испанских поэтов, в их числе Ф. Пессоа и его гетеронимы. В её переводе с португальского языка напечатана книга стихов и поэм А. Нобре «Мельник ностальгии» (2013 г.). В ИЛ напечатана статья об А. Нобре «Когда он родился, родились мы все». (№ 9 , 2012). В 2015 году ею, совместно с другой переводчицей, подготовлено специальное издание журнала «Иностранная литература» №7/2015 , полностью посвящённое португальской литературе. Для этого издания ею подготовлены две критические статьи о творчестве Фернандо Пессоа и других португальских авторах, рассказ о Португалии, переводы португальских легенд, стихов классиков португальской поэзии (Ф.Пессоа, С. Верде, Ф. Эшпанка ). В 2016 г. опубликована в её переводе самая важная книга прозы Ф. Пессоа: Пессоа Ф. Книга непокоя. / Пер. с порт. И. Фещенко-Скворцовой. — М.: Ад Маргинем Пресс, 2016. — 488 с.
 

  

 

 

Произведения автора:

  

                               КОГДА РОЖДАЮТСЯ СТИХИ

 

«Молчи, скрывайся и таи…»
Ф. Тютчев.

Когда рождаются стихи,
Важнее дела нет.
Они рождаются тихú,
И ты молчи в ответ.

Ну, что ты можешь объяснить,
Украсить, досказать?
В твоих руках клубок и нить,
По ним идти назад.

Потом поймёшь, какая ложь…
Любя и не любя,
Ты только для себя живёшь
И пишешь для себя.

Но ничего не утаи,
И в поздний-поздний час
Взойдут созвездия твои
В орбитах мёртвых глаз.

 

2005.

 

 

УПУСТИЛ В СТИХИ, ТАК И НЕ ТРОГАЙ

 

У меня неженская природа:
Из таковских, крепкая порода.
Знаешь сам, в делах такого рода
Попрочнее прочего народа.
Душу нараспашку, как ворота.
Знаем: из любого оборота
Вывезет любого обормота
То, что нас роднит, и это что-то –
Панацея общая – стихи.
……………………………..
Я тебе не пожелаю зла,
Только плохи у тебя со мной дела.
Упустил в стихи, так и не трогай –
Ни кнутом рассудочности строгой,
Ни щемящей нежности острогой.
Уж – не пригрозить и не растрогать:
Я в родной стихии ожила.

 


ОЩУЩЕНЬЕ ЛИСТА. ПОД РУКОЙ - ОЩУЩЕНЬЕ ЛИСТА

 

Ощущенье листа.
Под рукой - ощущенье листа.
И поверхность души первозданно тиха и чиста,
Как поверхность реки.
Не видна, до нуля сведена отражением дна,
Глубиною строки.
Мир зеркал
Ощущеньем родства, как суровою нитью прошит.
Поспеши.
Но уже остывает накал,
Начинается рябь, выявляя поверхность души.

 

 

 МНЕ Б РОДИТЬСЯ ТАКОЙ...

 

Здесь единый покой,
Неподвластный биению мысли,
Только голос деревьев
Вот так, безусловно, умеет стихать.
Здесь любовь,
О которой ненужно, нелепо в стихах.

Мне б родиться такой,
Чтобы так, не спеша,
И смотреть, как любить,
И любить, как дышать.
Мне б родиться такой,
Ну, а может теперь –
Перейти на размеренный шаг?

Ну, а может теперь я пойму
Тишину и покой откровенья
И большое молчанье,
Такое бывает
В стихах между строк?

Открывая его,
Не нарушь и лавину сомненья не стронь.
Под тобой ускользающий трон,
Ну а ты – заколдованный тролль,
Потянулись к тебе легионы
Извилистых тропок и троп,
И любое касанье свежо,
Как объятья – впервые – свежи…

Где-то прежняя жизнь,
Как астральный покинутый труп,
Как слепой покалеченный зверь
Подбирается в точный прыжок.

 

 

ПО  ДОСТОЕВСКОМУ

 

1.
Бомж надрывно кашлял,
Мне не сват, не брат…
Каждый перед каждым
Страшно виноват…
Разрывая, делим
Неделимый свет.
Будем ли, как дети,
На исходе лет?

2.
Остерегись: там шапочный разбор.
Там каждый взгляд колючками унизан.
Завистливое равенство рабов
Торопится высокое унизить.
Локтями в бок, по головам пролезть…
Но есть
еще незанятые ниши.
И есть
еще награда на Земле
Для кротких,
для юродивых,
для нищих.

3.
Вот и все. Время к Богу идти с челобитной,
А старуха-процентщица копит грехи.
Свидригайлов и Соня – в одном человеке.
Человеку легко по теченью грести.

Человеку сидеть, безнадежно седея,
В непроглядную безвесть готовясь убыть.
Обманула мечта. Не согрела идея.
А старуху в себе – не узнать, не убить…

 

 

ГОВОРИ. НО - ПОДОБНО МОЛЧАНИЮ КАМНЯ...

 

«Камни молчат. Творческое Слово
Свое Я скрыл, Я скрыл в них.
Стыдливо, целомудренно скрывают
они Его в себе».
Первые две строки древней
Розенкрейцерской культовой Формулы
.

До зари далеко.
Говори.
Но – подобно молчанию камня,
Чтобы скрытой хранить
Нить, сквозящую через основу.

Снова камень теплеет,
Согретый твоими руками.
Снова камень теплеет,
Покорный творящему Слову.

Этот звук истончается в звон
И, стихая в стихах,
Оборвется и канет
Сквозь сознание – в сердце,
И в воду, и в глину, и в камень.
Это в камне звучит –
Это очень далекое эхо
Зовущего звука
Под твоими руками
Сквозящее через основу.

Сквозь усталость –
Говори. Говори. Говори.
Невесомостью звука
Нагревая и, словно взрывая
Давно наболевшую плотность.

Говори.
Чтобы плотью восстало
Сокрытое в камне
Творящее Слово.

 

 

ЕСТЬ ОБЕРЕГ В ТВОЕМ ПОКОЕ…

 

31 октября 2003 г.

Есть оберéг в твоём покое
И перед ним бессильно зло.
Пока мы вместе, мир покорен,
Как белый ослик – под седло.

И жизнь – не суета пустая,
Ты пьёшь её полынный сок,
А каждый день плывёт и тает,
Библейски важен и высок.

 

 

BENAVENTE

 

Здесь маленькая vila *. Тишина.
И мы уже сроднились с этим ритмом.
Народ встаёт пораньше, чтоб идти
Через кафе на скучную работу,
Чтобы ещё успеть поговорить:
Без этого здесь обойтись не могут.
А в праздники всю ночь хлопки петард
Да мотоциклы с реактивным гудом.
Но в будни днём ты можешь и уснуть
После ночной быстротекущей смены,
Лишь научись не слушать разговор:
Он, кажется, совсем не под балконом,
А в комнате соседней. Чей-то смех,
Да иногда всё те же мотоциклы.
А так, здесь тихо. По ночному небу
Скользит прожектор – это лишь кафе.
Так молодёжь здесь любит развлекаться.
И если нас повсюду узнают:
Чуть рот откроешь – это чужеземцы -
За сжатость губ, за неоткрытость звука, -
То здесь нас знают «с головы до пяток».
У каждого из нас есть некий образ,
Воссозданный людским воображеньем
Из лоскутков. Точнее он, фальшивей,
Но не достичь ему оригинала.
Мы – разные, и нам понять друг друга
Дано лишь так, создав доступный образ.
И мы их тоже строим произвольно
Из домыслов, ошибок, озарений.
Я никогда не стану здесь своей
И принимаю это без обиды,
Себя при том не чувствуя чужой.
По-своему, люблю я эту землю
И не жалею отдавать ей годы,
Ведущие в страну, чьё имя Старость.
Сплели мы кокон свой в своём дому,
В общении, всё ближе с каждым годом.
Нам здесь тепло. Нам вместе здесь тепло.
А,если и обидят, то чужие,
И от чужих переносима боль.

* «vila» – небольшой городок, в отличие от «cidade»

крупного города

2009.

 

 

КАК, В ТАКУЮ ЖАРУ - ФИЛОСОФИЯ?...

 

Суждено ли тебе
пережить Апокалипсис свой?
В каждом сердце
однажды открылись
Вселенские раны…
- Как, в такую жару – философия?
- Это ли странно –
освежиться немного в купели её ледяной?
Нелинейность мышления
выведет прочь из пространства.
Вместо чётких причин –
Бодрийяровских вирусов дьявольский рой.
Древоточцы проели ковчег?
- Всё во благо! – ответствует Ной.
А страшнее всего – постоянство
и всезнание. Это конец!
Да уж лучше банальное пьянство…

 


БЕСЕДЫ МЭН-ЦЗЫ

 

Мэн – цзы был принят лянским правителем.
Ван сказал: « Отец! Вы приехали ко мне,
не посчитавшись с расстоянием в тысячу ли,
вероятно, чтобы принести пользу моему царству?»


Ах, ван !
Зачем непременно о пользе?
Не это ли главное зло?

Правитель о благе страны помышляет,
Сановник для блага семьи промышляет,
Чиновник во благо свое умышляет…

Ах, ван!
Зачем непременно о пользе?
Не это ли - главное зло ?

 

 

ОПЯТЬ БОЛИТ? УТИХНЕТ ПОНЕМНОГУ...

 

Опять болит?
Утихнет понемногу.
С закрытыми глазами полежи.
Ну, потерпи.
Ну вот, и слава Богу,
Вот и прошла,
Прошла…
Не боль, а жизнь.

 

 

В.В. РОЗАНОВ

 

Искрило, тлело, угасало:
Не разобрать, добро ли? Зло?
И вот – открылось, будто Савлу,
И ослепило.
И ушло.

Каким утешным смутным знанием
Незрячая душа согрета?
И медлит тьма над светлым зданием,
Над белым зданием без света.

И что-то благостное зреет
Поверх блистательных речей…
И понял: тот из нас мудрее,
Чья – здесь – молитва горячей.

 

 

ЖЕНЩИНА

 

Не целовал и не благодарил –
Упал ничком, от ласки ослабев.
И – будто свет нездешний озарил :
Она забыла сразу о себе.
О том, как шла – к чужому – через стыд,
Томленье тела жаждала унять,
О том, как жар ее успел остыть
От рук чужих, не тронувших огня.

Под свет неверный, слабый, - заоконный –
Он ниц упал – упал, как пред иконой,
Скрывая просветленное лицо.
И в этот миг подумалось наверно:
Кем ни был он – убийцей, подлецом –
Он в этот миг очистился от скверны.

И сердце защемило от тоски:
Ведь даже с тем, с кем были так близки,
C кем обо всем на свете забывала
В единое сливаясь до утра, -
Ей так светло и чисто - не бывало.

Исполнившись покоя и блаженства
И, как дитя, угодна небесам, -
Она, склонившись, материнским жестом
Погладила его по волосам.

 

 

ПРОСТО Б ВЕРИЛА…

 

Аж на самое дно
Глянет в прошлое:
Если много дано –
Будет спрошено.

Будет спрошено,
Будет взвешено:
Сколько внешнего
Здесь подмешано.

Будет спрошено,
Будет сложено:
Сколько чистого,
Сколько ложного.

Ой, гляди сама,
Не сломалась бы.
Лучше – меньше бы.
Лучше – малость бы.

Со смирением –
Горько – весело,
Просто б верила…

 


Я ЗДЕСЬ ПОЛЮБИЛА ЦВЕТЫ

 

Я здесь полюбила цветы,
Я, кажется, их понимаю,
Их тонкая прелесть немая
Утешит среди суеты.
Я здесь полюбила цветы,
Они не умеют сердиться,
Им как-то на месте сидится
Тихонько с утра до утра,
Они – воплощенье добра,
Они не умеют сердиться.
Я здесь полюбила цветы:
Наверное, время приспело:
Под вечер, такое уж дело,
С землёй переходишь «на ты».
Я здесь полюбила цветы…

Benavente, 2004

 

 

БЛИЗОСТЬ - ЭТО ВСЕГДА ТРЕВОГА

 

Неосознанная тревога
Мне во взгляде твоём видна.
Вот и я… Подожди немного,
Я так долго была одна.
Может, главное в нас нарушится –
Обретённая тишина?
Дай всмотреться в себя, дай вслушаться,
Постоять ещё у окна.

Близость – это всегда тревога:
В ней угроза и суета.
Только Бог постигает Бога,
Пустоту не поймёт пустота.

 

 

 

 

 

Поделиться в социальных сетях


Издательство «Золотое Руно»

Новое

Новое 

  • 18.11.2021 16:40:42

    Леонид Подольский. Пьеса "Четырехугольник" ("Драматургия")

    "...В общежитии спрятать было негде, все под негласным контролем. Уж что под контролем, знал, и все знали, самые глупые и те догадывались… Оттого сам – на мелкие кусочки. Черновики… все. Долго помнил наизусть… И потом много раз руки просились к перу. Серебряный век, революция, эмиграция, Париж – все не так, как в учебниках. Дон Аминадо, граф Толстой, Бунин, Цветаева с ее роковой судьбой, Мережковские… И по эту сторону: Ахматова, Гумилев, Мандельштам, Пастернак, Блок… Так и не написал ни строчки. Все в себе. Ждал. О колхозах писал, о коллективизации. А чего ждал? А какие..."

  • 13.11.2021 19:20:00

    Людмила Саницкая. ""Роман Леонида Подольского "Инвестком" (рецензия)" ("Критика. Эссе")

    "Пятый роман Леонида Подольского продолжает социально ориентированную. яркую, объёмную прозу писателя, создающего художественный портрет общества в период кризиса всех его ценностей. Аналогия между образом главного героя и личностью автора вполне закономерно возникает с первых страниц книги: лишь тот, кто прошёл через безжалостные жернова дикого российского капитализма, может так точно, детально и беспощадно по отношению и к герою, и к себе, рассказать о муках и мерзостях системы всевластия денег..."

  • 12.11.2021 17:58:00

    Владимир Пахомов. "Крест на высоком берегу" ("Проза")

    "О восстании староверов на севере Прморья 1932 года написано много, и Читатель легко может найти эти мвтериалы. Настоятельно рекомендую Вам книгу А.М.Паничева “Бикин. Тайга и Люди”. Я же попробовал в художественной форме донести до Вас свидетельства очевидцев, а также мои воспоминания о пребывании в местах, до сих пор хранивших следы тех трагических событий... "

  • 11.11.2021 22:01:00

    Павел Максимов. "Стихотворения (публикация №1)" ("Поэзия")

    "В стране с холодными сырыми городами И запустение, и тлен. Выносят мёртвых из угрюмых зданий, И к лучшему не видно перемен. Дождь моросит, печаль и тучи. О солнце знать немногим здесь дано,- Какой- то остров невезучий, Да понедельники одно..."

  • 10.11.2021 19:23:00

    Владимир Спектор. "Из всех искусств важнейшее- умение делать деньги" (рецензия на роман Леонида Подольского "Инвестком") ("Критика. Эссе")

    Леонид Подольский написал очень честную и грустную книгу. Её можно назвать энциклопедией риэлтора, а можно – энциклопедией нынешней жизни, где всё продается и покупается, где нет друзей, а только партнёры, клиенты и конкуренты, которых можно (и даже нужно) обмануть и подставить, где каждый – только сам за себя. В этом объёмном и подробном повествовании (что может считаться как достоинством, так и недостатком) приоткрыта дверь в мир дикого бизнеса середины 90-х и начала 2000-х годов, вернее, той его части, которая занималась риэлтерством, расселением огромного количества «коммуналок» в центре столицы, получая на этом невероятно большую прибыль. Это было время между ушедшим в небытие социализмом и так и не освоившимся капитализмом, главный эпитет к которому остался с тех лет неизменным – нецивилизованный.

  • 08.11.2021 4:36:00

    Юлия Сафронова, Стихотворения (публикация №1) ("Поэзия")

    в летнем моём гардеробе худи sportif сникерсы сеткой розовый шоппер и карта тройка только дожди как излюбленный аперитив дожди и только перед уже обозначенным зноем вишневым внутри каждого дня: там июньские поместились лето кино и книги часа на три перед рассветом с которым я породнилась

Спонсоры и партнеры