"Рассказ из "другой жизни."
За ужином жена так непривычно ласково взглянула на Бякина, что у него мурашки побежали по коже и сердце сжалось от нехорошего предчувствия. Бякин был уже давно не мальчик, не первый год состоял в браке и имел немалый опыт на этот счет. Да и с чего бы так ласково смотреть на него жене? Ведь не медовый же месяц, в самом деле. А с тех пор всего раза три так смотрела она на Бякина.
В первый раз, когда Лужин купил «Жигули». Так же вот ласково посмотрела на него Катя и тут же стала его просить. И так жалобно просила, что Бякин не выдержал и начал прикидывать в уме, что если не пить больше пиво, да еще и сигареты совсем не покупать, так, пожалуй, лет через пятнадцать и в самом деле можно будет собрать на «Жигули». Да только жена ни в какую: «Чем я хуже Лужиной?» - твердит и ничего больше слушать не хочет. «Деньги где хочешь, там и доставай. Хоть из-под земли. Ну почему, - говорит, - другим женщинам так везет, что у них мужья меньше твоего получают, зато в доме только птичьего молока не хватает? Ну за какие грехи мне такой непутевый достался?»
А тут еще Лидия Лужина масла подлила в огонь. «Вот что, - говорит, - Катерина, скажи своему Бякину, чтобы обязательно купил. Мужики, они как купят машину, так больше не смотрят ни на кого. Машина, она внимания требует, с ней на всякие шуры-муры времени нет. А то еще смотри, любовницу заведет».
Вот старая-то… Будто Бякин когда-нибудь смотрел по сторонам. И добилась-таки своего. Не жизнь стала у Бякина, а кошмар. Даже вспомнить то время страшно.
Только месяцев через шесть Бякину неожиданно повезло. Жена снова повстречала Лужину. «Ну как, - спрашивает, - живешь?» так просто, из вежливости спросила, не хотелось ей очень душу растравлять. А та сразу в слезы. «Ой, - говорит, - и не спрашивай, Катерина. С этой машиной проклятой моему уже не только любовница, ему и жена больше не нужна. Он и ест с ней, и спит, да еще и деньги все на нее тратит».
Тут еще как раз Лужин машину разобрал. Разобрать-то разобрал, а как собрал, так куча лишних деталей осталась. И машина теперь воет, как зверь, а все равно беспомощная, будто дитя – с места тронуться не может. А вместо нее потихоньку трогается Лужин. Раньше выдержанный был, спокойный, а теперь стал один комок нервов. Говорят, уже и к психотерапевту ходит.
Тут бы, пожалуй, надо посочувствовать соседу, а Бякин вместо этого возликовал в душе. Что же, и его понять можно… Давно уже соскучился по пиву.
Во второй раз, когда на Бякина так ласково посмотрела жена, ему пришлось еще хуже. Да и что тут возразишь, если Букин – а должность у него, надо сказать, ничуть не лучше, чем у Бякина – жене лисью шубу купил.
«Да зачем тебе эта шуба? – взмолился Бякин. – Жарко в ней, будто в бане, опять же, моль может съесть, или еще ограбят где-нибудь».
«Ох, за что мне такой честный и правильный достался. Чем это я, интересно, прогневила бога», - печально, так что сердце у Бякина едва не разорвалось, сказала жена. И вообще перестала смотреть на Бякина.
Зато Букин, как назло, вошел во вкус и вслед за шубой из лисьих лапок появилась у Букиной хрустальная люстра, югославская стенка и толстая золотая цепь на шее.
Честно говоря, неизвестно, чем бы все это кончилось, только и здесь Бякину неожиданно повезло. Повстречали они вскоре Букину – та бледная вся, синие круги под глазами, и ни шубы, ни цепи золотой и в помине нет.
«Может, витаминов ей не хватает? – предположил Бякин. – Говорят круги под глазами от дефицита витамина Б. Неужели они все на еде сэкономили?»
«Ой, глупенький ты мой, - усмехнулась жена, - ты разве не знаешь? Букина вчера взяли».
«Куда взяли?» - нелепо удивился Бякин.
«В ОБХСС», - торжествующе ответила жена.
«Ну, вот видишь, - обрадовался Бякин. – А мы с тобой можем спать спокойно. Лучше видеть хрустальные сны, чем иметь хрустальную люстру».
Однако спокойно спать Бякину пришлось недолго. Совсем немного времени прошло, и снова нежно и любовно взглянула на него жена.
«Андрюша, - даже имя Бякина вспомнила она и заворковала совсем по-голубиному. – Ты не слышал еще? Гузкины купили лыжи. Пластиковые, югославские. В горы собираются поехать».
Молнией сверкнула в голове у Бякина мысль, что ежели месяцев восемь не курить и не пить пиво, то лыжи вполне можно было бы купить. Но он тут же отогнал от себя эту мысль. Все-таки сигареты и пиво – только медленная смерть, а на горных лыжах – самая верная погибель.
«Нет уж, извини, я хочу спать спокойно», - неожиданно для себя сорвался Бякин.
«Ты и так всю жизнь проспал. Ни машины, ни шубы, ни дачи, ни люстры. Лыжи, и те купить не можешь», - презрительно сказала жена и отвернулась. И с тех пор и до сегодняшнего дня ни разу не удостоила Бякина своим взглядом. Ну что же, зато так спокойнее. А тут вот посмотрела опять… Что ей еще нужно? Неужели Волковы купили садовый участок с домом?
«Умненький ты мой, - неожиданно ласково заговорила жена, - Ты знаешь, что с Гузкиным случилось? Сегодня встретила его жену. Он ногу сломал».
«Какую ногу?» - невпопад спросил Бякин.
«Правую, конечно, - все так же ласково ответила жена.
«Ну, слава богу, пронесло, - успокаиваясь подумал Бякин. – Если бы еще у Волковых сгорела дача».
1986.