Новости, события

Новости 

Ольга Грозная




Ольга ГРОЗНАЯ (Ольга Леонидовна Воронкина) родилась и выросла в городе Грозном. Училась на факультете романо-германской филологии Чечено-Ингушского госуниверситета им. Л. Н. Толстого. В 1982 году окончила университет и работала там же преподавателем на кафедре французского языка. В 1996 году, после печально известных событий в республике, она вынуждена была искать пристанище на Кавминводах – в городе Пятигорске. Именно этот крутой поворот в судьбе побудил её к интенсивному поэтическому творчеству, хотя стихи писала и задолго до войны. Ольга Грозная – автор, чей псевдоним был рождён не для громкого имени, но обусловлен грозными вехами в судьбе – ныне живёт и работает в Москве и Пятигорске. Она известна читателям по сборникам стихов: « Город, мной не опознанный» (2001), «Кардиомеланж» (2003), «Синдром Феникса» (2004), «Арсенал мнений» (2005), «Либертины» (2008) и «Пурпур и маренго» (2009). Мир поэзии Ольги Грозной далёк от певучей благостности. Всё, чем живёт она, - в её стихах: Россия, любовь, изгнание, скитания, искусство и судьба. Без подмен, без равнодушия, лжи и елея.

  

 

 

Произведения автора:

  

                        

ОТЕЧЕСТВО НАМ – ГРОЗНЫЙ

 

                                       Нет третьей кружки,

                                       няня, Пушкин?

 

Куда уехать от себя? О, боги!

Россия велика, да что мы ей…

Остаток жизни обивать пороги?

Придумывать из недругов друзей?

 

О чём скорблю? На это есть причина:

В душе ведь не осталось ничего.

Изгои мы. Нам целый мир – чужбина,

Отечество нам – Грозный. Нет его…

    

  1997.

 

 

 

ГРОЗНЫЙ – ГРОЗА

 

В Грозном – гроза,

Сунжа* ликует.

Слёзы в глазах:

Город пустует.

                         Пыль умерла

                         Вместе с домами.

                         Смерть не ушла,

                         Ждёт за углами…

Дождь не поёт,

А барабанит,

В город зовёт,

Но не заманит.

                          Души в ответ

                          Не откликались:

                          Грозного – нет,

                          Грозы – остались…

 

      03.06.2000.

 

*Сунжа – река, протекающая в городе

 

 

 

СЕМЬ БЕД – ОДИН ОТВЕТ

 

Мы питались особым воздухом,

Часовыми стояли у Чести

И боролись без сна и роздыха

С непростыми законами мести.

 

Мстили нам за чужие ошибки

И достоинство тупо душили.

Все приёмы - бездарны, негибки,

Вместо страха – до злости смешили.

 

Гнали в шею нас, будто отродье,

С той земли, где случилось родиться.

Неприязнь – как река в половодье –

Разве ей помешаешь разлиться?

 

Но стихия не знает пощады

И понятия «нация» - тоже…

Захлебнулись и люди, и гады, -

За свободу платили дороже.

 

На несчастье не могут сложиться

Чьё-то счастье, удача, свобода,

Нужно было когда-то учиться

На ошибках другого народа…

 

Выселяли невинных чеченцев?

И они выселяли невинных…

Да, в истории этих коленцев –

Будто песен, печальных и длинных.

 

Поделили всю землю на метры:

Всем – по два, как обычно, досталось…

И гуляют безумные ветры,

Там, где дружба родиться пыталась. 

 

    30.09.2000.

 

 

 

НЕ ПО- ЛЮДСКИ

 

Я думаю сейчас о чём попало,

Чтоб не нестись на запоздалых ветрах

Туда, где было главное – начало, -

Всего в трёхстах каких-то километрах,

Где родились понятия, привычки

И песня в исполнении Кобзона*…

Теперь туда не ходят электрички –

Бермудский треугольник эта зона.

Там пропадают люди, деньги, жизни,

И сразу исчезает вера в разум,

Там даже вера превратилась в бизнес,

Но жаль, не всем понятно это сразу.

Как разорённый дом – пустынный город…

Кровь запеклась и стала нефтью чёрной.

И даже факел излучает холод,

Бросая тень на город непокорный.

Там вскрыли вены с огненным бензином,

Горит земля и стонет под ногами.

Там клин зачем-то выбивали клином,

И все друг другу сделались врагами.

Не по-людски всё это, ясно видно.

Но неужели зло добра сильнее?

Ах, как за город мой родной обидно!

И с каждым днём становится больнее…

 

   20.12.2000.

 

*песня  «О Грозном»

 

 

 

А БЫЛ ЛИ ДОМ?

 

Кинотеатр «Космос», мост, мой дом.

Я голоса соседей ясно слышу.

Но вдруг всё исчезает, как фантом.

И я в сомнениях: а был ли дом?

Красивый, под надёжной крышей.

 

Опять хожу по улицам во сне,

Брожу, как тень, прохожих не встречая.

И так тоскливо, так обидно мне,

Что не к кому зайти на чашку чая…

 

Ослеп и искалечен светофор.

Здесь иномарки спорили: кто первый?

Нет перекрёстков – и закончен спор,

А первый тот, кого подводят нервы.

 

Глаза закрою – слышу шум воды,

Но не найду знакомого фонтана.

И птицы не поют на все лады,

Нет хулиганов из Урус-Мартана…

 

Кинотеатр «Космос», мост, мой дом.

Картины прошлого опять тревожат.

Придёт ли настоящее потом?

И вновь в глазах назойливый фантом,

Который новой жизнью стать не может…

 

  24.06.2000.

 

 

 

В ЦЕЙТНОТЕ

 

Я становлюсь оседлой, немобильной,

Уже не тянет в тёплые края.

И поливаю зря слезой обильно

Сухой цветок, увы, небытия.

Уже почти что затянулись раны,

И шрамы на погоду не болят,

Но, Грозный, он, конечно же, не Канны:

Воспоминанья духа не бодрят…

Мою довольно сильную натуру

Ломали неудачи и война.

Искала я сама ту пулю дуру

И думала, что в выборе вольна.

Не буду делать вид, что я – фигура,

Судьба расставит шахматы сама:

Кому-то достаётся синекура,

Кому-то – лишь с прорехою сума.

И чтоб в игре не умереть от скуки,

Прошу судьбу я только об одном:

Пускай исчезнут в будущем все муки

И в настоящем – горьком, неродном… 

  

30.09.2000.

 

 

 

ЗОВ

 

Гремучая помесь казачьих кровей,

Как Терек, свободных и буйных.

Упрямства во мне – выше чёрных бровей,

Характер – степей ветродуйных.

 

Мне хочется кроткой и ласковой быть –

Какие-то силы мешают.

Ведь предки себя не позволят забыть –

Строптивость с трудом укрощают.

 

Что с вольницей стало? Казачество где?

Иль Терек утёк к басурманам?

Эх, страсти мои! Не удержишь в узде!

Известно о том атаманам…

 

Вот, жаль, не умею скакать на коне!

Не так уж далече до Дона.

Зовусь я не Жанной, но кажется мне,

Смогла бы собрать под знамёна! 

     

 27.08.2000.

 

 

 

 

«ДЕВОЧКА НА ШАРЕ»

 

Как «Девочка на шаре»… Неуютно.

А шар – Земной – кружится без смущений.

Опять тревогу чувствую я смутно

И рвусь на свет из мрачных помещений.

 

Дрожит в глазах подвижная слезинка,

Вот-вот сорвётся вниз хрустальной каплей.

Кольнула сердце маленькая льдинка.

Стоять мне долго неподвижной цаплей.

 

Что это? Колдовство иль наважденье?

И почему вокруг – сплошная слякоть?

Мне жаль, что отсырели убежденья,

Кора земная превратилась в мякоть.

 

И шар Земной – как будто, сдутый шарик –

Аморфный, неживой и бесполезный.

Надежды луч – мой маленький фонарик –

Откроет сердце, как засов железный.     

 

  11.12.2000.

 

 

 

САПЁРНАЯ ЛОПАТКА

 

Если я умру – ну, всё бывает –

Хоронить меня не торопитесь.

Так тоскливо ветер завывает…

О душе смятенной, помолитесь!

Тот, кто обижал меня напрасно,

Пусть благословен вовеки будет,

Пусть его дорога станет ясной,

Пусть живёт и прошлое забудет!

Те же, с кем дружили мы когда-то,

Соберитесь вместе, помяните!

Смерть – не знаменательная дата…

Только жизнь, прошу вас, не кляните!

Жизнь сложна и не бывает гладкой,

Я её принять любой старалась.

И при мне – сапёрная лопатка:

Если очень трудно – окопалась!

А не жить, вы думаете, сладко?

Я в грехах, конечно же, покаюсь!

Бросьте мне сапёрную лопатку!

Не топчите землю! Откопаюсь…   

 

 30.05.01.

 

 

 

ЭМАНСИПАЦИЯ

 

За независимость борюсь

И строю баррикады.

Но, если я её добьюсь,

То будут все не рады.

Не рада буду даже я

Тому, что победила.

Свобода личная моя

Мне только навредила:

Я одиночеством больна,

Болезнь – неизлечима.

В поступках я теперь вольна

И значима, хоть мнимо.

Но, недомыслие кляня,

Вдруг ясно понимаю,

Что нет свободы у меня,

Я лишь в неё играю.

Её ведь и в природе нет,

А в обществе – подавно!

И независимости бред,

Как грипп, прошёл недавно… 

 

 10.06.2000.

 

 

 

СОМНЕНИЯ

 

Чувства рифмуются в глупые фразы,

Кто-то любуется, словно на стразы,

Кто-то злорадствует, кто-то хохочет,

Кто-то вообще понимать их не хочет.

 

Много течений – как в море глубоком –

В сердце большом, но, увы, одиноком:

Что-то не нравится, что-то тревожит,

Что-то в покое оставить не может…

 

Тесно в груди, беспокоит изнанка,

Господи, ну не сестра же я Данко?!

Вырвали сердце моё без согласья,

Разве за этим на свет родилась я?   

 

02.09.2000.

 

 

 

ПОЩАДЫ!

 

Я люблю хризантемы.

Вы мне дарите розы.

У любви нет системы,

                       Нет лимита на слёзы.

Не составить прогноза,

Не найти в ней резона,

Словно в пятку заноза –

                       Ахиллесова зона…

Выбор есть, безусловно!

Вот – Харибда, вон – Сцилла…

Убивает бескровно

                       Нас любовь, как бацилла.

Мне нужна для победы

Геркулесова сила.

Навалились все беды,

                       Я пощады просила.

Хризантемы положат

На обломки от сердца…

Срок отпущенный прожит,

                       Как мгновение-терция.  

 

11.07.01.

 

 

 

ПАРА НОЯ – ПАРАНОЙЯ

 

Что такое пара Ноя?

Это просто – мы с тобою!

Как на этот плот попали?

Кто-то знал, но мы не знали.

Всякой твари здесь по паре –

Не готовы к страшной каре –

Выплывают и не тонут,

О своих несчастьях стонут.

Плот – как остров в океане.

Буря эта – не в стакане:

Смерть плескалась за кормою,

Но – не пара мы с тобою…

Мы погибнем, нет спасения

И надежд на воскресение.

Слишком поздно…для обмана.

Как болит на сердце рана!

Пара Ноя – паранойя!

Мы не выдержали боя.

Море слёз и -  наводнение,

Только мифы о спасении…

 

  25.11.2000.

 

 

 

 

 

Поделиться в социальных сетях


Издательство «Золотое Руно»

Новое

Новое 

  • 24.02.2021 14:05:01

    Ирина Антонова. "От Ферганы до Коктебеля. Неисчерпаемая тема любви на фоне истории" (рецензия на повесть "Эльмира" писателя Леонида Подольского)

    Повесть Леонида Подольского «Эльмира» опубликована в журнале «Литературные знакомства» и практически одновременно на электронном портале «Золотое руно». В центре повествования история красивой и романтической любви, но, увы, любви заранее обреченной. Так сказать, это одна из вариаций на вечную шекспировскую тему. Влюбленных, несмотря на взаимность, со временем жестоко разводят национальный вопрос и другие реалии тоталитарного общества периода развитого социализма.

  • 19.01.2021 18:50:05

    Леонид Подольский. "Светлана Алексиевич: другая правда, другая литература" ("Критика. Эссе")

    Награждение Светланы Алексиевич Нобелевской премией по литературе в 2015 году прошло на удивление незаметно. И российская власть, несмотря на амбициозную программу «Русского мира», и белорусская, а вслед за ними и многочисленные литераторы-государственники (так называемые «патриоты») и, что более печально, немалая часть писателей-демократов (в основном бывших) постарались по возможности проигнорировать это событие. Это только на первый взгляд могло показаться неожиданным: у писательницы, имеющей четкую позицию, в особенности позицию политическую, хотя Светлана Алексиевич пишет не о политике, а о судьбах людей, о нашей с вами жизни, но зато такую жестокую, непереносимую для многих правду, что у нее просто не могло не быть многочисленных и влиятельных недоброжелателей. Казалось бы, Афганская война давно закончилась и от чернобыльской катастрофы нас отделяют почти 35 лет, вроде бы и страсти много лет как улеглись, и цензуру отменили, но… со временем цензуру заменила государственная монополия на историческую правду.

  • 06.01.2021 22:27:40

    Елена Сафронова. "В русле классической традиции" (рецензия на повесть "Эльмира" Леонида Подольского) ("Критика. Эссе")

    О том, с чего начинается Родина, в недавнем прошлом знали даже дети, ибо одноименная песня звучала в эфире часто, а слова Матусовского запоминались сразу и надолго. «С чего начинается Родина? С картинки в твоем букваре, с хороших и верных товарищей, живущих в соседнем дворе»… Сегодня и песня почти позабыта, да и понятие Родины, возможно, вписывается в несколько иной ассоциативный ряд. А с каких картинок и друзей-товарищей начинается распад этой самой Родины? И вместе с ним (или даже раньше) – распад личности, мировоззрения, взаимоотношений, системы власти, в конце концов? Песен об этом не поют. А вот роман – написан. Он так и называется – «Распад», и в нем Леонид Подольский честно, откровенно, подробно и увлекательно рассказывает и рассуждает о том, что происходило в стране на протяжении прошлого века, причём, без морализаторства и назидательных интонаций, и, главное, не настаивая на своей абсолютной правоте, не утверждая её в качестве догмы.

  • 05.01.2021 21:55:00

    Леонид Подольский. Повесть "Эльмира" ("Проза")

    "Это был поезд из вагонов для скота, без окон. Лишь в одном месте, под самой крышей, находилось маленькое окошко с решёткой. Этот страшный поезд в течение бесконечных недель мучительно медленно, с множеством остановок, когда, бывало, по нескольку суток стояли в тупике, тащился на Восток, в противоположную сторону от войны: мимо родных Крымских гор, мимо недавних, дымящихся развалин, мимо изредка зеленеющих полей, перемежающихся с руинами городов; где-то в середине пути находился почти стёртый с лица земли Сталинград, за Волгой начались безлюдные голодные степи, солончаки, миражи озёр, изредка встречались верблюды, одинокие юрты, чумазые мальчишки-казахи бежали за поездом и что-то кричали, иногда кидали камни..."

  • 28.12.2020 8:51:07

    Галина Ицкович. Петербургские небожители спускаются на землю Иллинойса. ("Лица современной литературы")

    По следам радиоинтервью с Дмитрием Бобышевым. Мне по роду занятий неоднократно приходилось сталкиваться с людьми, пережившими в детстве голод и никогда уже не освободившимися от ощущения пустоты под ложечкой. С поэтами, не получившими должного признания и читательского внимания в самом начале своего творческого пути, происходит, видимо, похожая история...

  • 16.12.2020 17:25:10

    Наталия Кравченко. "Стихотворения (публикация №9)" ("Поэзия")

    "Когда-нибудь, не на этом свете, а может быть, не на этой планете, но всё будет так, как хочу. В каком-нибудь древнем плюсквамперфекте, иль новом ещё небывалом проекте - прижмусь к твоему я плечу..."

Спонсоры и партнеры