Новости, события

Анонсы новостей 

Колонка главного редактора

Спонсоры и партнеры

Стихотворения (Публикация №3)


          

 
Взаимодействие

Движение не терпит постоянства...
М. Дудин
Линии - это движение точек.
Плоскости – это движение линий.
В физике точность не терпит отсрочек.
Точечность действий присутствует в химии.

Взаимодействуем. Уровни разные.
Плоскость движения – тело объёмное.
Любим. Страдаем. Хороним и празднуем,
И любопытство растим неуёмное.

Следствия действий в крестовых соцветиях
Прячет, терзая дефектом сознание,
Наша ладонь. Красота - в междометиях,
А не в глагольных формациях знания.

Движутся точки. Рождается линия.
Плоскость вливается в тело объёмное.
В матрице вечности сущность актинии
И к симбиозу любовь неуёмная

Линии с точкой. Материй с возвышенным.
Знаний с неведеньем. Жаждущих с праздными.
И не увиденного с не услышанным.
Взаимодействуем. Уровни разные.

 

  * * *

Творенье

Мы находим в жизни лишь то,
Что сами в неё вкладываем.
Р. Эмерсон
Бесстрастное владение собой
Размытою стекает акварелью
С мольберта, где трепещущей рукой
Я жизнь пишу. Скитанья менестрели

Сплетаются в невиданные па
Рифмованных желаний непритворных
— Подножье пресловутого столпа,
Что гений окрестил нерукотворным.

Ложится мною выстраданный штрих
На холст, никем не тронутый доселе.
Стучит в висках рождающийся стих
И к звёздам мчит на жизни карусели.

Я жизнь пишу. Пусть техника не та,
И пусть несовершенны очертанья.
Сплетаются в невиданные па
Восторга мёд и горечь расставанья.

Сменяется портретами портрет,
И кисть дрожит в руке непроизвольно —
Прошло. Забыто. Не было и нет.
Но было же, и, помнится, так больно.

И вновь переливаются стихи
Из чувства в невесомости пространство,
А на листе незримые штрихи
Классическую форму постоянства

Хотят создать. Порочна белизна
Под смытой за ненадобностью тенью
Далёких дней. Восторга новизна
Придумывает новые сплетенья.

За кадром кадр мелькает, как в кино,
Невежливо сменяя предыдущий,
А я сквозь жизни мутное стекло
Высматриваю штрих недостающий.

 

 

* * *

Мулен Руж
Красота создаётся из восторга и боли...
К. Бальмонт
Скрываются в тени задумчивые храмы,
Хранит Пале Рояль секреты Валуа,
Готическую стать красавца Notre Dame,
И блеск минувших лет роскошного Блуа.

Чарующий Париж – проспекты и бульвары –
Ларец богатств несметных – la beaute Immortel 
В прелюдиях дождя - мотивы песен старых,
А в шорохе листвы   -” Le Due Angoulemel ...”

Здесь камень стен хранит восторг воспоминаний,
И шепчут фонари, лучами оживив
Ночлег слепых аллей – обители признаний.
Любовью жил Париж. Париж любовью жив.

...Шампанского волна окутает желаньем,
И розовый рассвет извергнет высота
Над пристанью сердец – обителью признаний
Пьянящий Мулен Руж – порок и красота.

Свободная любовь. Богемные пристрастья.
Оплаченная страсть и ревности порыв.
Воспетый Мулен Руж – храм призрачного счастья -
Блестящий водевиль. Воздержанности срыв.

Экзотика ночей, восторги развлеченья
На холст Тулуз-Лотрек ложились без стыда.
Пристрастий  новизна и модные теченья.
Азартный Мулен Руж. И радость, и беда.

Безудержный поток искрящихся улыбок
В объятьях держит суть, поправ желаньем страх.
Манящий Мулен Руж – пристанище ошибок,
Пороков кутерьма и слёзы на глазах.

Мир страждущих сердец. Пустые обещанья.
Миг праздника души. Проснувшийся вулкан.
Восторженная боль. Нелепые признанья
Обманный Мулен Руж. Любви хмельной канкан.

Чарующий Париж – проспекты и бульвары –
У пристани любви забытых богом душ,
Где в тайниках сердец – мотивы песен старых,
А в таинствах мечты -  бессмертный Мулен Руж.

***
Душа нараспашку
Поэт, тебе ли покарать пороки мира вековые?
Один - ты   осуждён страдать, тебя осмеивать – другие!
 А. Блок
В поэте забавно угадывать грешника,
Душа — нараспашку, судьбу исковеркали
Невзгоды, что льются слезами подснежника
На лист белоснежный — судьбы его зеркало.

Я чувствую мир сквозь замочную скважину,
Скитаясь в раздумье по кладбищу времени,
И внемлю великим, безликим и ряженым,
Комичности дня и полночному бремени.

Сгребаю признаний цветы с недоверием,
С почтеньем склоняется мнимый ценитель.
Стою перед наглухо запертой дверью
В нирвану любви, как в чужую обитель.

Я в ночь запрокину уставшую голову,
И сны одолеют янтарные, лунные.
А в них   я — безликая и бесполая —
Играю на арфе судьбы многострунной.

И слушают те, кто вчера ненавидели,
И те, что понять ни за что не хотели
Меня поначалу... И те, кто обидели,
И те, кто об этом потом пожалели.

Молчат... Что в поэте угадывать грешника:
Душа — нараспашку, мечту исковеркали
Невзгоды, что льются слезами подснежника
На лист белоснежный — судьбы моей зеркало.


***

Воспевшему цветы зла
Памяти Шарля Бодлера
В эту жестокую книгу я вложил
всю мою нежность и ненависть...

Ш. Бодлер
Прилаживать гремучую строку
К изяществу лирического стана;
Потоком разноцветного фонтана,
Гнездиться на подпиленном суку,

Вплавляя желчь в рассеянный поток
Цветочных грёз, воспевших зла отраву.
Изысканный повеса худощавый
В агонии печали и тревог

Извечным недовольством сокрушал
Парижский быт изысканно и просто.
Поэт-палач изящного погоста,
Что копья извращённости вонзал

В чувствительные души. Злой пророк,
Измученный, угрюмо - нелюдимый,
Свой век без поэтического грима
Писал, как безотрадный эпилог

Причуд воображенья. Бледный страж,
Любитель Мериме, Шатобриана.
Хоть был тебе дендизм не по карману,
Ты сон сменил на дьявольский мираж

И всё вдыхал зловещий аромат
Цветов из Сент - Жерменского предместья -
Букет несостоявшейся невесте
Слагая, чтоб уйти, как старший брат,

Беспомощным. Гармонии каприз
Как плач души. Распластанное тело
Цветами зла безудержно болело,
Кляня пороков дьявольский эскиз.


***

Жёлтая мелодия
Я услышала твой голос, я пришла...
Э. Шюре
Мягко рассыпалась ливнями звёздными
Гроздь золотая немых одиночеств -
Жёлтая музыка снами мимозными
Льётся разлукой из книги пророчеств.

Солнцами, лунами, чайными розами
Ждёт расставанье рассвета доверия;
Пряным дождём, листопадами, грёзами
Веет оно сквозь закрытые двери.

Манят - колдуют огни желтоглазые,
Дарят из жёлтых камней ожерелье.
Мысли дурманят елейными фразами.
Льётся шампанским янтарное зелье

В душу мою. Канареечным пением
Плачет роса по несбывшейся встрече.
Ветром доносится с верхних ступеней
Голос шафрановый. Плавятся свечи.

Голос любви сквозь пролёт ожидания.
Встретились всё же в укор непогоде.
В небо мимозу созвездьем желания
Я выпускаю под звуки мелодии.

***

Придуманный покой

Человеку приходится выбирать между истиной и покоем.
Р. Эмерсон
Метелью, не владеющей собой,
С рождения не ведающей меры,
Я заметаю будничный покой,
Под белизной сокрыв исподнее - серый

Покров моей обители земной -
Бесценный отпрыск пыли межпланетной,
Где строки я сплетаю под луной
В венок страстей и боли. Неприметны

Порой и метр, и ритм рождённых строф,
В которых сердце раненое бьется
Под ношею рифмованных оков.
Ему на волю вырваться неймётся

И зацвести, как вольная полынь,
Подставив солнцу дикие соцветья,
И всю, как есть, испить живую синь
Озёр небесных, где свободы сети

Расставлены насмешницей – судьбой
С подкрашенным иронией сарказмом.
Пейзаж судьбы придуман был не мной,
Но я в него врываюсь зимним спазмом

Метели, не владеющей собой,
С рождения не ведающей меры,
Что заметёт придуманный покой,
Сокрыв обитель будничной химеры.


***
Творческая диалектика бытия
Кто жил, в ничто не обратится.
И. Гёте
В движеньи творческом гротеска бытия
Залогом в клетке снов моих жар птица,
Как музыка застывшая томится
Несыгранных мелодий жизни. Я 

В рожденьи вижу узкую тропу
В тернистых дебрях к вечному рассвету,
И звёзд первоначальную строфу,
Что млечный путь фантазией поэта
 
Создаст однажды в шумной скачке дней –
Избыток скорби будет улыбаться
Вселенной мириадами огней,
И звёзды одиночеств будут жаться

В волнении душевном к царству мглы,
И, вечностью поправ предел раздумья
Бессмертием на кончике иглы,
Пленят восторг художника безумья.


***
Паперть правосудия
С несправедливой родиной поступают
как с мачехой: храни молчание...
Пифагор
Величие, изысканность и стиль,
Экспрессия, духовность. Напряжённый
Огнём судьбы схватившийся фитиль
Задул случайный ветер. Искажённый

На паперть правосудия роман
О свергнутом безвременно владыке
Был брошен. Пеной огненной вулкан
Воскрес и растворился в детском крике.

Двуглавый талисман – гордец орёл,
Сценичный драматизм и жажда веры,
И призрачным намёком ореол
Романовской тревожной атмосферы.

На углях раскрасневшийся недуг
Багряным шлейфом тащит эпопея.
Тревожный год. Смятенье и испуг.
Смешались заклинатели и змеи,

Величие, изысканность и стиль,
Экспрессия, духовность. Напряжённый
Огнём судьбы схватившийся фитиль
Задул случайный ветер. Обнажённой

Оставив боль рыдающих берёз,
Изяществом и бледностью пленивших
Меня, роняя сок алмазных слёз,
И от бессилья руки опустивших.


***
Исповедь Статуи Свободы
Откровенность — вовсе не доверчивость, а
Только дурная привычка размышлять вслух.
В. Ключевский
По плечам струятся складки меди,
По щекам — ноябрьская слякоть,
Я для вас — блистательная леди.
Мне ль дождями слёз осенних плакать?

Больше сотни лет рассвет встречаю
В лоне Богом избранного места,
В колыбели снов своих качая
Вас вдовой и вечною невестой.

Корни иммигрантские вплетаю
Я в свою французскую породу.
По отцу — Бертольди, величают:
“Миру свет несущая Свобода”.

Мне бы скинуть медные одежды,
Погрузиться в жизни атмосферу,
В мир, где ищут гений и невежда
Счастья самоцвет в судьбы пещерах,

В мир, где полюсами породнились
Жизни феерические соты,
Звуки и цвета соединились
В лейтмотив, что строят люди-ноты. 

Тем, кто был рождён в иной октаве,
Спесь пришлось немного поубавить.
Греясь в жалких отголосках славы,
Под откос тщеславие отправить;

Откромсать былые убежденья
И на свет младенцем народиться;
Впитывая ветра дуновенье,
В клетке снов растить свою жар-птицу,

Чтоб на волю выпустить однажды
Бирюзой небесной насладиться,
Тем, кому пришлось родиться дважды
С птичьего полёта счастье снится.

Мне его заманчивые звуки
Грезятся, но вечное молчанье,
Боль и обессилевшие руки —
Плата за бессмертное признанье.

Льнут ко мне и ангелы, и черти,
Ждут моей поддержки — отдохнуть бы,
Но видать придётся мне до смерти
Выпрямлять петляющие судьбы.

По плечам струятся складки меди,
Подчеркнув величие осанки,
Быть для Вас блистательною леди —
Боль и счастье бывшей иммигрантки.

***

 

  

Издательство «Золотое Руно»

Новое

Анонсы новостей 

  • 28.07.2020 17:00:36

    Валерий Румянцев. "Михаилу Анищенко". Стихотворение" ("Поэзия")

    "Тебе снилось не раз перед смертью: Чтобы сбросить с души тяжкий груз, Ты бежишь от пустой круговерти Из России в Советский Союз..."

  • 22.07.2020 15:54:07

    Инвер Шеуджен. Стихотворения (публикация №1) ("Поэзия")

    "...Жизнь одарила всех, кому мечталось О счастье ли, или благах, без меры. Но на поверку, только оказалось Что без любви, и счастье лишь химера..."

  • 25.06.2020 13:51:20

    Владимир Спектор. "Все могло быть хуже..." (отрывок из записок) ("Проза")

    "Конечно, всё могло быть хуже. Жизнь приучает к здоровому пессимизму, и любое достижение, даже самое маленькое, становится возможным только преодолением мыслимых и немыслимых трудностей, плюс ещё и собственных недостатков – лени, нерешительности, глупости, да мало ли ещё каких… Но зато и очередное поражение (не глобальное, конечно, а в личных устремлениях, судьбе, карьере) воспринимается не как трагедия, а как закономерный результат, изменить который можно только дополнительным трудом, терпением, упрямством, в хорошем смысле этого слова. «Невзирая ни на что»..."

  • 22.06.2020 20:26:37

    Наталия Кравченко. Стихотворения (публикация №8) ("Поэзия")

    "Я простираю в небеса свои незанятые руки, мои отнявшиеся други, я слышу ваши голоса... Мне с каждым годом вас видней. А мир оставшийся пребудет. Но он таким уже не будет - без вас в нём стало холодней..."

  • 05.06.2020 18:47:54

    Дмитрий Аникин. Стихотворения из цикла "Фантастическая смесь" ("Поэзия")

    "... И до чего досмотрю? До конца времен, света не видя, места не видя, где можно счастливо жить, успевая и медля со всеми, слиться с народом, страной, не быть им чужим и отдельным… Есть же для этого способ! Есть же для странника Родина!..."

  • 20.05.2020 17:11:48

    Леонид Подольский. "Дмитрий Быков- Михаил Булгаков- Пастернак- Сталин- Солженицын. Мысли вдогонку" ("Критика. Эссе")

    "Читаю 2х-томник Дм. Быкова «100 лекций о русской литературе ХХ века». Читаю с удовольствием – это, конечно, не энциклопедия, не развернутая антология, но с каким знанием, с каким гурманством (иных авторов и иные книги Дм. Быков просто смакует) этот двухтомник написан... Поражает объем двухтомника: 100 авторов, как минимум 400-500 произведений, все прочесть и запомнить, обо всем высказать суждение, напомнить сюжеты, отыскать глубинный смысл, который подчас ускользает от рядового читателя – это ли не подвиг, который Дмитрий Быков совершает походя... "