Новости, события

Анонсы новостей 

Колонка главного редактора

Спонсоры и партнеры

ЗА ШЛАГБАУМОМ ( Публикация №3 )


                  
 
ПОГРЕБКИ

Полустанок-полустаканок
называется Погребки.
После пьянок и перебранок
маринованные грибки.
День пройдет, поезда промчатся,
Бог не выдаст – жена не съест,
никакого тебе начальства
на четыреста верст окрест.
Не железная ли дорога
устаканила горемык? –
здесь от стрелочника до Бога
получается напрямик.
…Пассажирский проходит рано.
Закобенившийся чуть свет,
я бы вышел на полстакана,
только тут остановки нет.
Просвистели… А за составом
те же, времени вопреки:
будка стрелочника, шлагбаум,
за шлагбаумом – Погребки.

 

*  *  *

На площади возле вокзала,
где мается пришлый народ,
блажная цыганка гадала
кому-то судьбу наперед.
И было, в конечном итоге,
понятно, зачем и куда
по Юго-Восточной дороге
ночные бегут поезда.
Когда,
           на каком полустанке
из полузабытого сна,
гадание этой цыганки
аукнется, чтобы сполна
довериться и достучаться,
и чтобы – в означенный час –
по линии жизни домчаться
до линии сердца, как раз!

 

 

*  *  *

 

Жизнь устаканилась
                     и понемногу
определилось ее существо:
я направляю послания Богу
и получаю ответы его.
Если идти по течению Леты,
то получается, как ни крути,
что доставляются эти ответы
через людей незнакомых почти.
Вон, рыбачок у причала шаманит,
я подойду, за спиной постою;
он обернется и запросто глянет
с облака
            в самую душу мою.

 

 


ОБЛАКА

Человеческим законам
неподвластные пока,
над Кожевенным кордоном
вечереют облака.
Собираясь у излуки,
вечереют надо мной -
выше  боли и разлуки,
выше  радости земной.
Если к облаку подняться
по закатному лучу,
то такие песни снятся-
просыпаться не хочу.
То ли эхом, то ли стоном
отзывается строка:
над Кожевенным кордоном
вечереют облака.

 

НОЧНОЙ  ТРАМВАЙ

По следу ночного трамвая
летят золотые огни,
до самого Первого Мая
продлятся пасхальные дни.
А воздух пропах куличами,
поэтому тошно чертям
шататься такими ночами
по нашим трамвайным путям.
Гуляй, черноземная рота! –
любая душа, на пропой,
усыпана до поворота
яичной цветной скорлупой.
     Я даже не подозреваю,
     что время глядит на меня
     с подножки ночного трамвая,
     на стыках пространства звеня.

 


 «В  ДОБРЫЙ  ПУТЬ»

Вот улица с названьем «В добрый путь».
Неподалеку – станция Отрожка,
где я, бывало, принимал на грудь
и направлялся под ее окошко.
Одноэтажный домик в три окна,
персидская сирень, как подобает…
Там проживала девушка одна,
да и сейчас, пожалуй, проживает.
Наверное, горит на кухне свет
и девушка…
             О чем я вспоминаю? –
да я ее не видел столько лет,
что и при встрече даже не узнаю!
А, может, и меня когда-нибудь
помянут по канону и по ГОСТу
на улице с названьем «В добрый путь»,
ведущей к недалекому погосту.

 


*  *  *

Кладбище. Чугунная ограда
на могиле божьего раба.
Облака расплывчаты, как правда,
и необратимы, как судьба.

На задворках памяти короткой
люди обустраивали рай.
Тишина, разбавленная водкой,
безотчетно льется через край.

На периферии христианства
два тысячелетия подряд
узники трехмерного пространства,
молча, за оградами парят.

 

  


ЗА  ПАРУ  ДНЕЙ  ДО  РОЖДЕСТВА

За пару дней до Рождества,
прогуливаясь возле дома,
я встретил русского волхва,
бегущего из гастронома.
Какие звездные миры
ему провидятся в тумане,
какие чудные дары
лежат во внутреннем кармане?
Он остановится, когда
пересечемся временами,
и Вифлеемская звезда
закупоросится над нами.

 


*  *  *

 

                       Что-нибудь о тюрьме и разлуке…
                                                 С.Гандлевский

Человек не имеет ни слуха, ни голоса,
но поет вечерами, когда поддает.
А жена, расчесав перманентные волосы,
сочиняет закуску
                    и тоже поет.
И подаст она мужу лучок да селедочку,
завсегда понимая душой, почему
хорошо на Руси человеку под водочку
закусить на свободе
                       и спеть про тюрьму.

 


*  *  *

 

Эта Родина проще простого,
эта правда, как небо, стара.
У кривого столба верстового,
наконец, оглянуться пора.
Сколько всякого было-случалось
и случается в ней до сих пор! –
и земля под ногами качалась,
и стреляли друг друга в упор.
Но, какого-то лешего ради,
представляется мне, например,
будто жили по вере и правде,
будто слушали музыку сфер.
У кривого столба верстового
подымается дым без огня.
Эта Родина проще простого,
эта вера от пули меня…

 


*  *  *

 

                           Л.Аннинскому
Не избами, не сеновалом
и не перегаром печали –
Россия пропахла вокзалом,
где мы провожали, встречали;
где были победы, обиды,
разводы на лагерных зонах
и где посейчас инвалиды
поют на холодных перронах.
А мы в привокзальном буфете
сидим посредине Отчизны,
как будто никто не в ответе
за все инвалидные жизни.

 


*  *  *

 

Я вовсе не пророк
                          и даже не философ –
на лаврах почивал,
                           на нарах ночевал –
по смутным временам
                               доносов и допросов
в сообществе своих
                             сограждан кочевал.
Я часть моей страны –
                               загульной и былинной –
и часть ее любви,
                          не знающей границ.
Наверное, умру –
                          и в Книге Голубиной
добавится одна
                        из множества страниц.


*  *  *

 

 

Издательство «Золотое Руно»

Новое

Анонсы новостей 

  • 27.02.2026 16:34:43

    Наталия Кравченко. ""Путешествие в прошлое" (о книге Леонида Подольского "Над вечным покоем") ("Критика. Эссе")"

    "Сразу оговорюсь, что писать профессиональные рецензии я не умею, но попытаюсь как смогу передать свои читательские впечатления. Многие сцены впечатались в память, многое задело за живое, отозвалось болью за страну. О чём бы писатель ни писал — это всегда сводится к размышлениям о судьбах России, об эпохе, её прошлом и будущем. Вспоминаются строки Владимира Соколова: «Всё у меня о России, даже когда о себе». Вот и в этой книге, в первой её повести «Над вечным покоем», герой – от рассказа о своих мытарствах по кругам больничного ада переходит к воспоминаниям о детстве, родителях, одноклассниках, однокашниках, друзьях и бывших любимых – и их судьбы, экскурсы в прошлое переносят нас в давние годы, в прежние времена, которые многие ещё застали..."

  • 13.02.2026 17:32:18

    Наталия Кравченко. "Стихотворения (публикация №56)" ("Поэзия")

    "Не перерезать пуповины с тем, что смешалось с кровью клеток. В любви и смерти неповинны, мне улыбнитесь напоследок. Я в нежные целую веки тех, кто до жилочки родимы. Пройдут года, они вовеки во мне пребудут невредимы. Былые связи отпадают как лепестки, и это грустно. Но ..."

  • 12.02.2026 16:58:00

    Роман Башкардин. "Стихотворения (публикация №1)" ("Поэзия")

    "Всё, что оставлено для нас – Лишь отчуждаемый от века Невинный миг, как в первый раз, Влюбляться истово и слепо. И мне – безмолвие в тиши, Читая память между нами – Мои элегии души, Чтобы обнять тебя – стихами..."

  • 28.01.2026 17:40:00

    Наталия Кравченко. "Стихотворения (публикация №55)" ("Поэзия")

    "Жизнь – театр, что с вешалки начнётся, ею и закончится потом, если только зритель не очнётся, выбежав наружу без пальто. Будет, опьянённый монологом, до утра под окнами бродить, не под Богом, а в обнимку с Богом, чушь, что гениальна, городить. Льщу себя наивною надеждой, что..."

  • 12.01.2026 16:51:15

    Наталия Кравченко. "Стихотворения (публикация №54)" ("Поэзия")

    "Меня отец привёл в газету. Мне было девять-десять лет. Поэт со мною вёл беседу о том, что мне писать не след. Не быть поэтом мне, и точка. Я им не ровня, не родня. Я просто папенькина дочка, а он хлопочет за меня. Читала я того поэта – про песню пашни и станка. Чтоб так писать про всё про это, моя кишка была тонка. Тогда ..."

  • 11.01.2026 14:42:00

    Анна Гройсс. "Рассказ "Молитва" ("Проза")

    "И вот, в последний момент, когда она, задыхаясь, взлетела по ступенькам на смотровую площадку, с которой открывался широкий вид на окрестности, её угораздило проснуться! Еще немного, и она..."

  • 10.01.2026 15:51:00

    Наталия Кравченко. "Стихотворения (публикация №53)" ("Поэзия")

    "Коль висит на стене двустволка – то должна гештальт завершить... Но в России жить надо долго. Может быть, даже вечно жить..."