Новости, события

Новости 

Рассказ "Брошенный дом


На старых ржавых петлях раскачивалась дверь: щелястая, побелевшая от времени и невзгод. Коробка двери перекосилась, и дверь не могла закрыться и  упокоиться. Она и сейчас служила входом в дом. В старый кипрский дом. Он был заброшен и в нем никто давно не жил. А когда в доме не живут, он разрушается.


В доме царил полумрак, там клубилась вечность. Только вездесущие солнечные лучи пронзали эту бездну, бездну временного пространства. Дом был стар и много видел на своем веку. Он застал турецкое иго, видел бравых английских солдат, заполонивших остров во время британского владычества. Дом помнил, как из стареньких приемников раздавались речи генерала Гриваса, призывающего миролюбивых киприотов вступать в ряды ЕОКА и начать борьбу за независимость. Дом помнил речи президента Макариоса о единстве Кипра. Он видел толпы беженцев, в ужасе бежавших с севера от потомков янычар. Он много видел, старый дом, но он не мог понять,  как вчерашние соседи начинали ненавидеть друг друга только из-за того, что кто - то грек, а кто - то турок. Многое было непонятно старому дому.


Я  стоял на старых  ступенях, выложенных из камня. Они были стертые, эти ступеньки и помнили многое. Помнили, как сюда заходило не одно поколение. Они помнили национальную обувь киприотов, легкие кожаные сапоги. Правда, это было нечасто: праздники были редки. Их чаще  касались босые, натруженные ноги крестьян. Ступеньки помнили детские ножки, так неуверенно перешагивающие порог. Осторожно, сохраняя равновесие,  цепляясь за косяк двери,  ребенок спускался по каменным ступенькам. И как он был счастлив, когда они оставались позади, и можно было встать на такие привычные и надежные четвереньки. Шло время… Затем раздавался перестук туфель и модных полуботинок.


Я стоял на шатающихся ступеньках,  держа в руках позеленевшую от времени ручку в виде морды льва. Что-то удерживало потянуть дверь и войти. Войти, куда? В дом? Нет, это был вход не в человеческое жилище. Это был вход в вечность.


Кто ты человек? Кто ты такой, чтобы нарушать покой вечности, прервать цепь времени. Ты хочешь быть посвященным в далекое, туманное  сознание бытия. Есть ли у тебя право на это? Ты, человек, зарвался и решил, что можешь перекраивать историю по своему усмотрению. Ты решил жить вечно?


Солнце тем временем совершало свой обычный обход по небосклону. Его лучи уперлись в заднюю стену дома и проникли сквозь щели в стенах. На стене образовались причудливые цепи. Это была не череда солнечных пятен, нет, это была цепь времени. Цепь времени была стихийной: где-то она распадалась, где-то  была двойная. Она была не подвластна человеческому разуму.


- Прервалась цепь времен - сказал классик. Ты прав классик, но это у людей. У дома, этого вечного спутника человека, цепь прерывалась, но не порвалась. Она, цепь солнца, сияла сейчас на груди дома как ордена на груди ветерана.


Лучи солнца высветили очаг жилища. Его тоже не пощадило время: очаг грузно осел, потрескался, в отдельных местах выпали камни. Но когда-то очаг был жив, сердце человеческого дома. Сердце остановилось только тогда, когда дом бросили, и он стал  не нужным. Быть ненужным… это смертельный приговор любой вещи, которая служила человеку.


Раздался шум крыльев. Я в испуге отпрянул от двери. Может, боги разгневались на мое самовольство и выражают недовольство? Но ничего страшного не произошло. Из - под черепичной крыши  вылетел голубь.  Сел на раскачивающуюся дверь, удерживая равновесие крыльями. Голубь  скосил на меня черный, с оранжевым ободком злой глаз, словно спрашивая:


-Кто ты и что здесь делаешь? Иди туда, где люди. - Что-то древнее мифическое веяло от этой птицы. Тени от его крыльев заметались по стене, словно потревоженные духи. Духи времени, духи дома. Они словно призывали:

-Иди, человек, иди своей дорогой. Не беспокой прошлое, оно не твое. Ты его только не забывай. Помни его. Живи настоящим, не спеши в будущее. Построй дом, роди детей, посади сад. Иди своей дорогой человек. Придет время, и ты встретишься  с прошлым. Только не спеши, успеешь кануть в вечность.

 

Солнце спряталось в набегающие тучи,  исчезла цепь. Сверкнула потускневшим золотом и исчезла. Была цепь, и нет ее. Остались только вехи в виде светлых ломаных линий трещин, через которые в дом заглядывал день. Голубю надоело меня рассматривать. Он перелетел на крышу и, воркуя, стал призывать свою подругу.


Снова заклубилась вечность. Светящиеся трещины сложились в причудливые цифры. Это была хронология времени. Я видел, как из трещин складываются греческие города - полисы, как  достигают своего расцвета и…падают под безжалостной пятой варваров. В свисте ветра, дующего из окна дома, слышны были голоса драматических актеров, усиленных амфитеатрами, восторженные аплодисменты зрителей и снова мерные шаги фаланг под равномерный стук мечей о щиты. И - битва.  Бранные крики, лязганье оружия, хрипы раненых. Снова только свист ветра. Ничего нет. Сумрак заброшенного жилища.


Но не прервать цепь времени. Солнце вышло из  облака и вновь озарило древнюю хижину, пристанище человеческой памяти. Снова высветились картинки как в туманном фонаре. Вот они, турецкие янычары. Полуголые, в огромных чалмах, идут нестройной толпой, сея ужас и разрушение. Янычары идут в атаку на неверных под зеленым знаменем ислама. Их ятаганы, описывая над головами сверкающие молнии, не знают жалости. Они безжалостны, эти люди, рожденные христианами, но подвергшиеся обработке и выковавшиеся в верных слуг Блистательной порты.


После них оставались разрушенные храмы, поруганные иконы, сожженные книги. Человеческий плач и звериный вой над разоренной землей. Как это было давно и как это было недавно…


Смеркалось. Сумерки выползли из углов и заботливо заполнили  дом. Они чувствовали, что я здесь лишний и угрюмо надвигались, стараясь выжать меня с порога.


Сумерки словно шептали:

-Пора и честь знать, человек. Ты и так здесь слишком долго. Ты слишком много узнал. Это может навредить тебе. Ступай своей дорогой, человек.

 

Я вздохнул и  отступил назад. В это время потянуло ветром, и дверь   закрылась. Все закончилось. Как театр, который опустил кулисы. Передо мной стояла полуразвалившаяся человеческая хижина с серой, видавшей виды дверью. Сейчас это был вход в прошлое. Ушло время, ушло волшебство. Только голуби на крыше продолжали ворковать свою вечную песню.

 

Поделиться в социальных сетях


Издательство «Золотое Руно»

Новое

Новое 

  • 14.06.2022 14:35:51

    Олег Монин. "Цикл рассказов "Сто кругов по периметру плаца". ("Проза")

    "Публикуем цикл рассказов Олега Монина о его службе и о суровых армейских буднях. Это правдивые и с юмором написанные рассказы, некий симбиоз своеобразного журналистского расследования и литературного творчества, потому что рассказы эти написаны с натуры: в своё время автор на себе тащил лямку нелёгкой, а часто и бессмысленной службы. «Защищал Родину». Это что-то вроде зеркала из зазеркалья, с тёмной и малоизвестной стороны жизни. По счастью, автор служил лет сорок назад, в другой стране и в мирное время, так что и на нашу публикацию, и на его творчество никак не распространяется пресловутый закон о фейках. Леонид Подольский."

  • 01.06.2022 17:05:36

    Наталия Кравченко. "Стихотворения (публикация №13)" ("Поэзия")

    "Какой же внутренний раздрай, когда меж адом или раем сама что хочешь выбирай... Я сердцевину выбираю..."

  • 08.05.2022 15:57:16

    Владимир Пахомов. "Ненависть (из старого блокнота)" ("Проза")

    "О войне в Западной Украине и последующей ликвидации соединений ОУН-УПА написано немало. Наряду с художественной литературой существуют многотомные исследования, сняты разные по качеству и достоверности художественные и документальные фильмы. Не будучи историком и не имея ни малейшего желания высказывать неправомерные и, быть может, спорные суждения о том далеком времени, я хочу рассказать об одном, казалось бы, не очень значительном эпизоде той войны. В основу рассказа положены пересланные мне воспоминания отца одного из моих однокурсников. Для удобства передаю этот рассказ от первого лица. Конец июня 1944 года..."

  • 02.05.2022 2:45:29

    Галина Ицкович. "В тени разделенной ответственности"

    "Бездействие из так называемого плюралистического невежества (другими словами, отрицания того, что король голый), из страха общественного порицания, из диффузии ответственности за происходящее входит в конфликт с идеей коллективной ответственности, и не наступает ли момент, когда общество, отказывающееся действовать в соответствии со стандартами современного мира, поедает само себя?

  • 30.04.2022 1:24:44

    Ирина Самахова. "Свободное слово — это украинский флаг в собственном окне"("Права человека")

    Мила не пользуется социальными сетями. Ее свободное слово — это украинский флаг в собственном окне. ​

  • 28.03.2022 17:35:11

    Леонид Подольский. "Роман "Мать" Горького: рождение соцреализма" ("Критика. Эссе")

    "Вы будете сильно смеяться: я только что подробно перечитал роман Горького «Мать». На протяжении многих лет мне, и не только мне, он представлялся исключительно агиткой, произведением, написанным по заказу, явлением скорее идеологического порядка, чем литературного... «Мать» - очень крепкий роман, в процессе чтения произведение производит весьма сильное впечатление, автору удается повести читателя за собой, подвергнуть внушению. Требуются немалые интеллектуальные усилия, чтобы мысленно вступить в полемику с пролетарским писателем. Я не стану останавливаться на мелких стилистических неточностях, вместо этого попытаюсь оценить роман по существу. Это идеологический роман, следовательно, придется подойти именно с этой стороны..."

Спонсоры и партнеры