Новости, события

Новости 

"Выступление на юбилейном вечере Леонида Подольского" ("Критика. Эссе")


 

На одном из Международных кинофестивалей демонстрировался российский документальный фильм под диким и абсурдным названием – «ХОЛОКОСТ – ЭТО КЛЕЙ ДЛЯ ОБОЕВ?». Вас может потрясти такое оскорбительное название. Все дело в том, что съемочная группа документалистов перед съемкой картины провела опрос среди молодежи: знают ли они, что такое Холокост? Одна из девушек-студенток бойко ответила: «По-моему, это клей для обоев». Создатели фильма организовали ей поездку  в антифашистский музей – Освенцим. Увидев картины ада и поняв, что такое Холокост, девушка в слезах упала на колени, прося прощения за свою глупость и невежество.


Я рассказываю этот эпизод для того, чтобы стало понятным, насколько своевременна и актуальна книга Леонида Подольского. Ведь современная молодежь, к сожалению, ничего не знает или имеет весьма смутное представление о тех проблемах, которым посвящен роман. Тема государственного антисемитизма в СССР, проблема Холокоста – белые пятна в сознании современных молодых людей.


Книга Леонида Подольского восполняет лакуну исторического и нравственного невежества.


Теперь непосредственно о книге Леонида Подольского «Идентичность».


Когда-то великий польский поэт Юлиан Тувим произнес пронзительные слова: «Я – еврей, но не по крови, которая течет в жилах, а по крови, которая течет из жил!». Мне думается, что роман «Идентичность» написан именно такой кровью, текущей из жил. Его герой в какой-то мере и впрямь автобиографически идентичен автору, и по имени, и по профессии. Но все-таки это собирательный образ человека, оказавшегося на пути Истории. Истории жестокой и трагической. И эта тема автором глубоко выстрадана. У ленинградского поэта Александра Гитовича есть такая строка: «А мне чужих стихов не надо, мне со своими тяжело!». Имелось в виду, что писатели не любят читать чужие произведения, даже из подаренных книг. Я, к счастью, не принадлежу к этой категории. И проглотил роман Леонида Подольского залпом, за одни сутки. Эта замечательная книга мне показалась двухжанровой. С одной стороны семейная сага, с другой – социально-исторический роман. И если личная, бытовая линия ведется психологически проникновенно, то историческая обретает порой черты публицистического трактата. Моя претензия в том, что историко-публицистический пафос порой захлестывает личностную, родовую линию. Политических факторов  и социальных терминов так много, что получается перенасыщенный раствор. Комментарии и справки занимают чуть ли не половину книги. Но признаюсь, читать эту справочную энциклопедию так же захватывающе интересно, как сам текст романа,в котором, в частности, фигуры вождей – Хрущёва, Брежнева, Горбачёва, Ельцина –то анализируются всерьёз, то подаются гротескно-иронически,как расписанные матрёшки на блошином рынке.


Взыскующий авторский взгляд окунается и в пучину ветхозаветных преданий, где живут мудрый Соломон, жестокосердный Ирод и звучат вещие псалмы Давида. Здесь и картины героической еврейской истории – Маккавеи, Бар-Кóхба, Мосада, и трагическая российская история – дело Бейлиса, черносотенные погромы и фальшивки типа «Протоколов сионских мудрецов». Особенно обжигает близкая история недавних десятилетий – «Дело врачей», разгром «Еврейского антифашистского комитета», уничтожение театра Госет, убийство Соломона Михоэлса, гонения на «космополитов».


Но эта книга не только об истории еврейского народа и генетической тяге к земле праотцов, но и книга о любви к России, к ее истории, природе и культуре.


Поэту для написания стихотворения нужно немного – фантазия, интуиция, воображение, прозаику гораздо больше – глубокий жизненный опыт. И такового у Леонида Григорьевича предостаточно – он и врач, и кооператор, и политик, и финансист, и риэлтор. Но главное – он талантливый писатель и мудрый философ. Историческое взаимодействие русских и евреев со всеми оттенками их отторжения и взаимопритяжения – поле его исповедальных размышлений. Он идет навстречу читателю с открытой душой. Но как предупреждал прозорливый Фридрих Ницше: «Чем шире мы раскрываем руки для объятий, тем больше у нас шансов быть распятыми».  И это хорошо понимает автор.


Я уверен, что роман «Идентичность» - яркое и неординарное событие на ниве отечественной прозы. Сквозь всю книгу проходит мучительная и трагическая тема Холокоста. Поэтому, я думаю, будет правомерно завершить мое выступление стихотворением на эту тему – «Дробицкий яр». Хочу только предварительно заметить, что на эти стихи композитор Литвинов написал щемящую кантату для солиста, хора и симфонического оркестра, которая исполняется в дни поминовения, как пронзительный реквием на месте событий.

 

Зиновий Вальшонок

 

ДРОБИЦКИЙ ЯР

 

Увалы Дробицкого яра

огнем осеннего пожара

испепеляющее горят.

В траве и ветках дикой груши

парят расстрелянные души,

горюют, молятся, скорбят.

Вот этот кустик цвета меди

носил когда-то Мендель,

он был сапожник и трепач.

Тот одуванчик на полянке

никто иной, как ребе Янкель,

веселый харьковский скрипач.

В ромашке – призрак человека:

библиотекарша Ревекка

вдыхает солнечную пыль.

А там, в круженье листьев прелых,

танцует вечный танец «Фрейлехс»   

босая девочка Рахиль.

«Жи-ды!..» - предатели орали,

когда толпу фашисты гнали

сюда, за тракторный завод.

Людей в евреях отрицая,

толкали в яму полицаи

калек, и старцев, и сирот.

Как вещий символ катастрофы,

мать восходили на Голгофу,

собой прикрывши малыша.

Хор автоматов монотонно

отпел библейскую Мадонну,  

мольбы и выкрики голуша.

Я – тот малыш. И невидимкой

лежу с убитыми в обнимку

в том окровавленном яру.

С презрительной нашивкой «юде»

среди затравленного люда.

Я – мертв… И дважды  не умру.

Давным-давно все это было…

Но черносотенного  пыла

не охладили реки слез. 

Не жаль погромщикам усилий,

чтоб в старом эйхмановском стиле

еврейский разрешить вопрос.

На склонах Дробицкого яра

от оружейного угара

еще  туманится роса.

И тридцать тысяч монолитно,

как поминальную молитву,

возносят к небу голоса. 

 

 

Поделиться в социальных сетях


Издательство «Золотое Руно»

Новое

Новое 

  • 20.05.2020 17:11:48

    Леонид Подольский. "Дмитрий Быков- Михаил Булгаков- Пастернак- Сталин- Солженицын. Мысли вдогонку" ("Критика. Эссе")

    "Читаю 2х-томник Дм. Быкова «100 лекций о русской литературе ХХ века». Читаю с удовольствием – это, конечно, не энциклопедия, не развернутая антология, но с каким знанием, с каким гурманством (иных авторов и иные книги Дм. Быков просто смакует) этот двухтомник написан... Поражает объем двухтомника: 100 авторов, как минимум 400-500 произведений, все прочесть и запомнить, обо всем высказать суждение, напомнить сюжеты, отыскать глубинный смысл, который подчас ускользает от рядового читателя – это ли не подвиг, который Дмитрий Быков совершает походя... "

  • 19.05.2020 20:12:00

    Валерий Румянцев. "Цикл статей о творчестве русского поэта Михаила Всеволодовича Анищенко (09.11.1950- 24.11.2012)- к 70-летию со дня рождения поэта. ("Критика. Эссе")

    В цикл включено шесть статей, в которых рассматриваются различные аспекты творчества русского поэта М.В.Анищенко: "В одной связке с классиками"- заметки о лирике поэта "Люблю тебя, как любят неземное"- тема любви и дружбы в лирике Михаила Анищенко "Мир вам, рощи да излуки"- роль пейзажа в лирике Михаила Анищенко "Особенности гражданской лирики поэта" "Собратья по перу в поэзии Михаила Анищенко" "Я убит при попытке к бегству..."- тема Родины в поэзии поэта Все новости

  • 14.05.2020 16:22:11

    Геннадий Гусаченко. "Китобойная одиссея" (отрывок из повести) ("Проза")

    "Ноябрьским мглистым утром 1966 года, сырым и ветреным, я слонялся во Владивостоке по причалам бухты Диомид, пытаясь устроиться матросом на промысловое судно. Какой–никакой опыт работы в Дальневосточном пароходстве имелся. Уйти в рыбацкую путину, чтобы вновь полной грудью вдохнуть воздух моря, оказалось делом не простым. Уверяю вас: поступить в университет при диком конкурсе среди «блатных» легче, чем подняться на палубу сейнера в качестве полноправного члена его команды..."

  • 13.05.2020 19:49:31

    Валерий Румянцев. "Рубайи" ("Поэзия")

    "65 Чтобы отдых сыскать для усталой души, Чашу жизни испить до конца не спеши. Тебе боги тотчас же другую подсунут, Лишь заметят, что первую ты осушил. 83 Коль доживём мы до седых волос И обретём спасительный склероз, То нам покажется, что прожитые годы Усеяны букетами из роз..."

  • 27.04.2020 15:58:16

    Леонид Подольский. "Чисто российская история" ("Критика. Эссе")

    "Прошедшим летом я ездил на экскурсию в Давидову пустынь, которой недавно (в 2015 году) исполнилось 500 лет. Должен признаться, я был изумлен: это целый монастырский комплекс рядом с городом Чеховым, состоящий из нескольких храмов – и все в совершенно идеальном состоянии, все выкрашено, выбелено, позолочено, все блестит. Я не специалист по церковной тематике, а потому не стану описывать подробно: это лучше увидеть..."

  • 26.04.2020 17:05:00

    Алексей Курганов. Стихотворения из цикла "В Палермо нехорошая погода..." ("Поэзия")

    "... Смотрю кино про мафию в Палермо И поневоле сжаю кулаки. Козлы! Подонки! Твари! Негодяи! Судью бомбОй взорвали на куски! Он с виду старичком был славным, мирным. Очочки, глазки и покорный взгляд. А мафиёзи бомбу подложили, Нажав на кнопк, исполнили заряд..."

  • 14.04.2020 18:02:46

    Валериан Маркаров. Рассказ "Миллион алых роз" (фрагмент романа "Легенда о Пиросмани") ("Проза")

    "...Нико бы прошёл мимо эстрады и толпы зевак, созерцавших анонс выступления какой-то заезжей артистки, которое вот-вот должно было начаться, если бы не уткнулся носом о широкую тумбу с наклеенной на нёй афише, краешек которой был потреплен ветром: «Новость! Съ 27-го Марта 1905 года Г А С Т Р О Л И Впервые в Тифлисе Парижский Театръ Миниатюръ «Бель Вю» и знаменитая артистка ещё небывалаго въ Россiи жанра La Belle Margaritta De Sevre..."

Спонсоры и партнеры