Новости, события

Новости 

Клементина Ширшова







Клементина ШИРШОВА родилась в 1993 году в Москве, учится в Литературном институте им. Горького (семинар Сергея Арутюнова), окончила Московский Институт Телевидения и Радиовещания в Останкино. Публиковалась в таких изданиях, как  “Независимая газета”, “Новая Юность”, интернет-портал "Полутона" и других. В 2014 году вошла в лонг-лист независимой литературной премии "Дебют".

 

 

  

 

 

Произведения автора:

 

 

 

ВТОРОЙ ПИЛОТ 

 

рассветает во мне, я серые скалы помню.

что такое там возникает, когда теряешь,

родниковой водой утекает сквозь пальцы словно.

пролетаем над полем тающим, мимо кладбищ,

на такой высоте чего бы еще хотелось.

– я пришел, открывай, Андреас.

пролетаем опушки, зеленые ветви вижу,

отчего-то совсем не хочется верить смерти.

говорят, сюда приезжают, красиво летом.

а назавтра люди прочтут про меня в газетах.

–  Андреас, открой кабину, мы все убьемся.

резкий свет, это мы пролетели напротив солнца.

среди леса домишко почти что и незаметен,

а про нас прочитают во многих таких газетах.

он стоит, деревья домик заворожили,

–  прекрати, здесь женщины, дети, мы все погибнем.

дом как раз такой, в котором когда-то жили,

ты носила яркие платья из легкой ткани.

но теперь пролетаем мимо, здесь только скалы.

что такое там возникает, когда теряешь.

направляемся вниз метеором, звездой, кометой,

представители стран, они ничего не знали.

–  прекращай сейчас же, люди не виноваты.

а когда решил стать пилотом, не зная словно,

родниковой водой утекало сквозь пальцы что-то,

рассветало во мне, но серое только помню,

я не знал, а потом расплата, платить не больно.

–  открывай, довольно.

нет, я не знаю, что там.

 

 

***



открывая бессонницы черный ящик

разбирать варианты того, что случится дальше

например, ты уйдешь от жены, мы уедем в Польшу

будем жить с паспортами новыми именами

 

открывая бессонницы черный ящик

обнаружить там полутемный зальчик

где собрались все те, кого я забыла

девочка мальчик девочка мальчик мальчик

 

открывая бессонницы черный ящик

размышлять о личностной сверхзадаче

в черноту глядеть, надолго себя заставив

думать то, чего не исправить

 

открывая бессонницы черный ящик

попытаться закрыть бессонницы черный ящик

не получается, видно петля слетела

или не уместилось лунное тело

 

 

МЫ

 

1.

 

ты хоронишь её.

я рядом стою, смотрю.

где бы только взять силы

вынести эту муку.

вспоминаешь, как жили,

как вел ее к алтарю.

я сжимаю твою

холодную, злую руку.

 

как смириться?

бел от метели

открытый гроб,

но лежит, улыбается,

платье её - цветуще.

неподвижно смотрит,

вижу: тебя зовёт.

как румяны щеки её,

волосы распущены.

 

мы стоим у её могилы.

пусть лёд и снег

станут веной ручья,

прольются дождем на листья,

здесь имеется всё

и разве что жизни  –  нет.

мы готовы извечно ждать,

но никак  –  проститься.

 

2.

 

незримое присутствие во тьме

и более ничто не различимо.

ты спрашивал, чего не сплю, не ем,

но не затем, чтоб выяснить причину.

 

в чём дело ты прекрасно знал и сам.

всё рушится - прекрасно зная сами,

мы шли в кино, по барам, по гостям

и много разъезжали поездами.

 

незримое присутствие всегда

преследовало и сопровождало – 

переходило с нами города,

заглядывало нам под одеяло.

 

и снова ночь, которой не уснуть.

я чувствую спиной, дугой аорты:

ножом сквозь масло, через темноту

она стоит в углу и молча смотрит.

 

3.

 

когда вы будете вместе, настанет мир

на всей земле, навечно, в единый час

и радость, как божий свет, озарит эфир,

я буду смотреть на вас.

 

когда не захочешь пить из горла вино,

на белоснежную скатерть поставишь квас,

когда наконец сольетесь из двух в одно,

я буду смотреть на вас.

 

небо порвется от счастья, зарядит дождь

смывая немощь, омоет и память нас.

когда она отлетит –  когда ты умрёшь,

я буду смотреть на вас.

 

 

* * *

 

"остановите яблочный побег", – 

шептали дети, в окна пролезая.

там напряженно вглядывалась вверх

горящими закрытыми глазами.

высвечивала ими каждый звук,

пыталась опознать, а вдруг? и точно:

ночное, наливное, на весу

раскачиваясь, яблоко грохочет.

до боли надуваясь изнутри,

от жидкой, сочной мякоти трепещет,

и кожица натянута, как щит.

а ветка накренилась, но молчит.

но отпускает, чтобы стало легче.

и ей самой, и дереву всему,

и детям, уходящим в темноту,

где люди так похожи на побеги – 

на яблоки, на яблони в цвету.


 





Издательство «Золотое Руно»

Новое

Новое 

  • 05.07.2024 19:26:36

    Зинаида Варлыгина. "Путь идеалиста сквозь перестройку из СССР в постсоветскую Россию" (рецензия на роман Леонида Подольского "Финансист") ("Критика. Эссе")

    "«Финансист» – это и не новомодный автофикшн, и не документальная проза в чистом виде. Скорее жанровую особенность романа можно определить как рецензию автора на историческую пьесу, разыгрывавшуюся на политической и экономической арене молодой постсоветской России актёрами-самоучками. При этом сам автор начисто лишён самовлюблённости и снобизма – себя он тоже относит к дилетантам, несмотря на краткосрочные успехи, которых достиг сперва в кооперативном бизнесе, а затем и в финансовой сфере. Время было такое – никто не знал, как и что делать – и все пытались делать хоть что-то, чтобы заработать, удержаться на плаву, когда вокруг всё рушилось в апокалиптических масштабах. Недаром несколько раз..."

  • 03.07.2024 16:30:00

    Наталия Кравченко. "Дневник перестроечных лет (Часть 1)" ("Проза")

    "Тридцать пять лет назад в СССР произошли события, которые, как и в 1917-ом году, без преувеличения, потрясли мир. О них уже много написано в разных жанрах. К сожалению, аберрация памяти в таких случаях почти неизбежна, что мы можем наблюдать во многих мемуарах и статьях о тех днях, грешащих неточностями и искажениями. Но я по счастью вела подробные записи происходившего тогда в нашем Саратове, на заводе «Тантал», где мы в то время работали с мужем, в ДК «Кристалл», где протекала наша общественная и концертная деятельность, так что сохранилось всё, вплоть до дат, деталей, диалогов и реплик участников. По сути это была летопись, хроника событий, охватившая период перестройки с 1988 по 1993 год. Недавно мне попались на глаза эти заметки и я буквально зачиталась ими, заново переживая давно прошедшее и подзабытое. Не изменив в них ни слова, я лишь позволила себе перекомпоновать записи, публикуя их не по хронологии, а по темам. Мне кажется, что это может быть интересным не только мне. А читая, многие из вас тоже что-нибудь вспомнят и напишут, и это будет нашей общей лептой в историческую хронику страны..."

  • 29.06.2024 19:42:51

    Ольга Магнет. "Стихотворения (публикация №1)" ("Поэзия")

    "Быть может, зря тогда уехал, Светили новой жизни вехи, И клятвы не остались в силе... Она любила как могла, Но для меня важнее были Совсем другие имена. Второй этаж..."

  • 27.06.2024 17:52:00

    Аркадий Цоглин. "Тревожный сигнал" ("Драматургия")

    "У меня был случай во время службы в армии. Наша часть стояла в горах Чечни, в Веденском районе. Я возвратился из наряда в свою палатку. Все было спокойно. Уже несколько дней не стреляли. Но я вдруг почувствовал тревожное состояние. Будто внутри меня кто-то сигналил: тревога! Заснуть не удалось. Среди ночи..."

  • 21.06.2024 17:49:30

    Наталия Кравченко. "О филфаке что помнится" ("Проза")

    "Помню, как сдавала вступительные экзамены. Ужасно волновалась. Уходя, говорила домашним: «Если не сдам — ищите меня на мосту». Я не представляла себе жизни без филфака. Ещё с восьмого класса, пропуская уроки, бегала туда на лекции, молитвенно внимая каждому слову, записывая всё подряд и творчески потом перерабатывая в себе. С тоской оглядывала шкафы-небоскрёбы, набитые неизвестной мне ещё премудростью: неужели это никогда не станет моим?! Мне передавали, что Ирка Озёрная презрительно отзывалась о моём наивном провинциализме: «Кравченко..."

  • 31.05.2024 15:15:57

    Наталия Кравченко. "Рассказы из школьной жизни" ("Проза")

    "Запомнился на всю жизнь день первого отправления в школу. Это был драматический день, имевший для нашей семьи далеко идущие последствия. Нарядная, в белом фартуке, с новеньким портфелем, с огромным бантом и ещё более огромным букетом я стояла у порога дома, напутствуемая с двух сторон родителями и соседями, как правильно переходить улицу. На пути к школе мне надо было..."

Спонсоры и партнеры