"Рассказ из "другой жизни."
Если бы раньше кто-нибудь сказал Ниночке Волобуевой, что время может уплотняться, растягиваться, обращаться вспять, она только рассмеялась бы в ответ. И вдруг – не чудо ли?! - необыкновенная машина времени под названием «жизнь» спрессовала дни в минуты, год в сутки – крики, пеленки, молочная кухня, бессонные ночи, торопливые прогулки, - и вот не успела Ниночка опомниться, как стрелки на циферблате жизни отмерили ровно год, и Юрик сделал свои первые шаги и произнес первое слово «мама». И тут время растянулось, замедлило ход, поползло черепахой – теперь Ниночка еле дожидалась дня, когда снова вернется на работу.
Ну как они там без меня? Наверное, каталог уже давно закончили. И Спицын защитил кандидатскую. А Пал Палыч давно уже развелся с женой и женился на Оле Страховой – тут Ниночке становилось страшно, что она безнадежно отстала, а ночью почему-то ей снился доклад на политзанятиях, который она так и не успела сделать.
И вот тревожный и долгожданный, словно у первоклассницы, день настал. Ниночка встала спозаранок, разбудила Юрика, посадила на санки и, хнычущего, полусонного, отвезла в детские ясли.
И тут – провалилась. Словно ее засосала черная дыра. Время вдруг остановилось, а потом поплыло назад. Сначала Ниночку так сжали в метро, что целых три станции она проехала на одном выдохе, потом на пересечении с кольцевой возник полузабытый физический феномен пробки, напомнивший о Бермудском треугольнике, - Ниночку подхватило цунами, с силой вышвырнуло вон из вагона, понесло на эскалатор… Тут уже ей начало казаться, что никаких полутора лет не было и что она так же точно ехала только вчера. А потом – тот же полуобшарпанный дом на дороге, та же ревущая толпа у автобуса, та же ругань, те же шутки, те же институтская вывеска и даже та же самая тетя Паша в проходной с прежними вязальными спицами в руках. Ниночке казалось даже, что она галлюцинирует.
Но вот наконец лаборатория. Девочки все уже на месте. И Вера Лапикова, как всегда, демонстрирует новую шляпу. Объятия, поцелуи, радостные возгласы, и Ниночка уже сидит за своим столом, и выгоревшая толстая тетрадь раскрыта все на то же странице. Ну да, точно, когда прозвенел звонок и девочки, обгоняя друг друга, кинулись к проходной. Ниночка оборвала свои записи на середине слова.
- Ну как вы тут? – спросила Ниночка у Веры Лапиковой.
- Ой, и не спрашивай. Столько работы! Просто жуть. – Верочка сделала страшные глаза. – Мне уже снится этот каталог.
Тут, как всегда последней, в комнату, вошла руководительница группы Галина Борисовна, тяжело отдуваясь, бросила сумку с продуктами на стул и принялась наводить косметику.
- А, Ниночка, ты уже вышла, - вдруг заметила она Нину Волобуеву. – Вот хорошо. Давай сразу включайся. А то без тебя никак не закончим каталог.
- А я думала, вы уже давно закончили, - наивно сказала Ниночка.
- Что ты, тут такая огромная работа, - удивилась Галина Борисовна.
И снова Ниночка вспомнила, что где-то уже слышала эти слова. Ах, да, на этом же самом месте ровно четыре года назад, когда она после института впервые пришла в лабораторию, и произнесла их тогда та же самая Галина Борисовна. Как раз Спицын тогда собирался апробировать свою диссертацию.
- А как Вадим Аркадьевич, защитился?
- В следующем месяце апробация. Да, кстати, Ниночка, ты не забыла про свой доклад на политсеминаре? Вадим Аркадьевич недавно интересовался, когда ты будешь готова?
В лаборатории наступила тишина. Все занялись своим делом. Галина Борисовна начала писать протокол производственного совещания, неизменный профорг лаборатории Галина Васильевна тоже засела за протокол, только профсоюзного собрания, которого никогда не было, Дина Ивановна принялась сочинять соцобязательства, комсорг Нина Громова занялась оформлением комсомольского прожектора, и только несознательная Верочка, вместо того чтобы заниматься делом, изучала последний журнал мод. А Ниночке как назло захотелось немного поболтать. Все-таки очень долго сидела дома. Она повернулась к Верочке и шепотом спросила:
- Слушай, как там Пал Палыч?
- Да все никак не может развестись с женой. Представляешь, второй год делят однокомнатную квартиру.
- А Оля?
- А Оля уже в декрете.
И тут Ниночка подумала, что быстро делаются только дети и что скоро уже надо пить чай, потом обедать, а там как раз пора будет бежать в ясли за Юриком.
1987.