В очередной раз меня отправили в командировку. «Молодая, детей нет, живешь не с родителями, а на квартире. С работой справляешься –вот и езжай, а кого еще послать?». И вот еду я в командировку в Москву. Поезд тронулся, проводница начала собирать билеты, раздала постели и , вскипятив в титане воду заварила чай, стала разносить по вагону. Народу в купе оказалось: я и еще одна женщина пожилого возраста, которая пригладив рукой свои растрепанные волосы, стала выкладывать на стол нехитрую еду: яйца деревенские, своей выпечки хлеб, копченое сало. Пригласила и меня к столу: «Садись, девушка, вместе со мной поедим, что Бог послал, чайку вот попьем». Я не отказываюсь, сажусь рядом с ней, тоже доставая свои бутерброды. Знакомимся. Узнаю, что женщину зовут Мария Петровна, сама она из Краснослободска, едет в Москву к сыну. И так сложилась ее судьба, что к своему родному сыну она едет открыто, по его приглашению, чтобы увидеть после двадцати лет разлуки, на которую добровольно себя обрекла.
Я люблю говорить с людьми, узнаешь много нового, необычного, и время быстрее проходит, когда рядом интересный собеседник. И вот, передо мной одна судьба…
Она до старости кается и убивается, что так поступила, но хорошо хоть под конец жизни, судьба сжалилась над ней: и вот едет она к своему сыну, просить у него запоздалое «прости меня».
«Выйдешь замуж и как бы ни было плохо, никогда не отрекайся от любимого дитя»,-говорит она со слезами на глазах.
Было это во время войны. Муж у меня в 43 году погиб, осталась я одна с тремя детьми. Самому младшенькому- Сашеньке было три года, корова сдохла, курей всех поели, до хлеба с лебедой дошли. На хлеб он был и не похож – черный, горький, никакой сытости, только одна боль от него в желудке. Старшие – уже большие ребята, работать могли, а Сашенька еще слабенький родился, да от такой пищи совсем плох стал. И приезжает ко мне сестра моя сводная Таня. Она с мужем в Москве живет - не тужит, муж – главный инженер на военном заводе. Как сыр в масле катается Татьяна. Одно плохо – детей нет, а муж очень хочет ребенка, любит ее и согласен взять моего Сашу. Одно условие ставит: на бумаге чтоб подписала, что отказываюсь от сына навсегда, и в гости в Москву никогда не приеду, чтоб его увидеть, и она, в свою очередь сестра моя Таня, никогда в больше в родной Краснослободск не приедет. Я и согласилась. Проклинала себя, но дело сделано. Саша, с моей сестрой уехал в далекую Москву.
Прошло три года, все у меня наладилось: дети выросли совсем, личная жизнь начала складываться. Встретила мужчину, согласился он переехать ко мне из Саранска. Совместных детей у нас с ним не было, но жили дружно. Он детей моих не обижал, заботился и помогал. Но не могла я никак забыть о том, что есть у меня и Сашенька. Каждую ночь плакала. Муж заметил это, спросил, почему я плачу. Рассказала всю правду о причине моих слез. Сначала не поверил, а потом сказал: « Езжай в Москву, посмотри на сына, успокой свое сердце».
И я решилась. Приехав в Москву, через справочное бюро нашла улицу и дом. Стою во дворе, жду. Часов в одиннадцать выходит моя сестра и за руку моего Сашеньку держит, а он хорошенький такой, на моего покойного мужа похож, разговаривает с ней и смеется. И все ей «мама» да «мама», а у меня сердце слезами обливается. Мой сын! «Мама иди одна в магазин, а я здесь во дворе поиграю», - говорит он ей. Она повернулась и пошла в магазин. Я к нему и подошла, слезы платочком вытерла, улыбаюсь и спрашиваю : «Мальчик, а где тут тетя Вера живет?» (я про эту тетю Веру на ходу придумала), а сама его по волосам, по плечам глажу, за руку взяла.
Он на меня так серьезно смотрит и говорит: « Я тетю Веру никакую не знаю, а ты кто? Я тебя тоже не знаю ». Тут я Татьяну увидела, скорее отвернулась и быстро ушла. Слезы на ходу глотаю, а сама понимаю: хорошо ему, сытый, ухоженный, здоровый мальчик – да только не мой! Не мне он «мама» говорит, не мне он улыбается. Я для него только чужая тетя! Вернулась я домой, встретил меня муж и спрашивает: « Ну как?». «Ничего нельзя вернуть, я для него всего лишь чужая тетя» - плача отвечаю.
Через неделю приходит письмо от Тани. Сестра пишет и ругает меня: «Мы тебя насильно не заставляли сама Сашу отдала. Нам придется поменять квартиру, чтобы ты нас не нашла больше». А еще пишет, что Саша с того времени стал задавать вопрос: « Кто та тетя? Ты, мама, меня гладишь, обнимаешь, целуешь и та тетя тоже меня гладила и обнимала, но почему-то у нее такие теплые и нежные руки, ни как у тебя». По ночам Сашенька плачет. Прошу не приезжай, ты его потеряла, теперь он мой сын».Я ей ответила, что больше никогда ни приеду, пусть они не переезжают, у них очень хороший район.
Три дня назад пришло письмо из Москвы. Мой сын Александр Николаевич (фамилия у него приемного отца) приглашает меня к нему в гости , хочет очень на свою родную мать посмотреть. Перед смертью сестра ему рассказала, кем была та «тетя», что он ей не родной и жива у него настоящая мать, дала мой адрес.
Женщина замолчала, вытерла слезы и задумалась (видно вновь все вспомнила). Я тоже молчала, а что тут сказать, чем утешить эту пожилую женщину. Одна у нее теперь радость: едет она посмотреть, обнять своего сына, своего Сашеньку. Он так и останется для нее маленьким Сашенькой.