Новости, события

Новости 

"Идентичность": книга, которую нужно прочесть" ("Критика. Эссе")


 

Не так давно президент Путин предложил составить список из ста книг, которые нужно прочесть. Пожалуй, если даже сократить этот список до десяти, я бы включил в него новый роман Леонида Подольского.


В романе, условно, есть две главные сюжетные линии. Одна, личная, о судьбах людей: самого Леонида Вишневецкого, главного героя романа, скрипача Эфраима Циркиса, писательницы Моти Блох, диссидентов и отказников Иосифа Голдентуллера (Шимшона) и Натана Чернобыльского, который напоминает Щаранского, и других. Эта линия, безусловно, интересна, даже, я бы сказал, она блестяще выписана, но мне хочется сейчас сказать о другом. О той линии, где главный герой – народ. Еврейский народ, русский народ. О той линии, которую можно было бы условно назвать философской…


«Время покажет», «60 минут», «Место встречи», «Право голоса», «Право знать»… Я навскидку перечислил передачи, заполнившие телеящик. Они вроде бы носят дискуссионный характер. По замыслу авторов эти толковища должны служить показателями свободы наших СМИ. На самом деле они представляют собой механизм для выпускания пара. Состав их участников удручает постоянностью присутствующих и говорящих персон, так что заранее знаешь все их реплики и реакции.


Читая книгу Подольского, словно попадаешь в атмосферу подобных передач. Но «казус» Подольского состоит в том, что он действительно заинтересован в поиске правды, истины. В связи с этим мне на память приходят слова автора книги «Уолден, или жизнь в лесу» Генри Торо. Цитирую по памяти: «Не надо мне любви, не надо денег, не надо славы, дайте мне только истину». Может, отсюда и  безапелляционность суждений Подольского. Настоянных на выстраданности того, о чём он  говорит. С большинством его оценок я согласен. Вот, к примеру, такая: так называемая ленинская гвардия сама повинна в таком явлении, как сталинизм, сама создала ад, в который и оказалась низвергнута. Или другой пример. Леонид Подольский отнюдь не приходит в восторг от народа, среди которого живёт. Он нашёл жёсткое и, пожалуй, очень точное, ёмкое определение этого народа: подкаблучник. Что и говорить: запоминается. Недаром в своём блестящем послесловии Лев Аннинский отметил этот эпитет.


Одна из тем, затронутых в романе, – антисемитизм. Воистину бессмертная тема для российского сознания. Мне на протяжении своей, довольно затянувшейся жизни в разное время приходилось общаться с людьми, имеющими отношение к церкви в качестве её служителей. Надо отдать им должное, что касается понимания искусства, философского антуража, да и насчёт материализма они вполне на уровне, но стоит только задать вопрос насчёт паствы, исповедующей религию, основанную евреем и при этом заражённой отменным антисемитизмом, как беседа тотчас принимает  не самый джентльменский характер. Как тут не вспомнить слова Бабеля, сказанные им Паустовскому в 1920 году: «Я не выбирал себе родину. Я еврей, жид. Иногда мне кажется, что я могу понять всё, и только одного я не могу понять: причину той чёрной ненависти, которую так скучно зовут антисемитизмом».   


Подобными горячими темами изобилует вся книга. Причём автор здесь выступает и в роли трибуна, и в качестве судьи. Его оценки людей, делавших и делающих историю, событий, в которых он участвовал или о которых знает из различных источников, порой ошарашивают своей субъективностью, даже я бы сказал, циничной снисходительностью. К примеру, это касается и лично мною уважаемого Михаила Горбачёва. В конце концов, именно Горбачёву мы обязаны той гласностью, при которой автор «Идентичности» может себе позволить такую свободу суждений. Впрочем, автор чрезвычайно эрудирован, великолепно владеет материалом и приводит свои аргументы. Не только убеждает, но иной раз и переубеждает читателя.


Нужно отдать должное Подольскому: книга его прямо-таки насыщена огромной информацией. В том числе, что особенно важно, о той эпохе и о тех событиях, которые нам досталось прожить.


Совершенно блестящи страницы, относящиеся к истории хазар, тех самых «неразумных», по определению Пушкина. Хочу отметить эрудицию и качество изложения. Не хуже лекции о лесе в романе Леонида Леонова.


           О романе Подольского можно было бы сказать ёщё много хороших слов,но  мне хочется оборвать свои восторженные и одновременно путаные соображения,потому что «Идентичность» нужно читать. Сия книга стоит того, чтоб ее прочесть и передать товарищу.

 

                                                                                    

 

Другие произведения автора

 

 

 

Поделиться в социальных сетях


Издательство «Золотое Руно»

Новое

Новое 

  • 08.05.2022 15:57:16

    Владимир Пахомов. "Ненависть (из старого блокнота)" ("Проза")

    "О войне в Западной Украине и последующей ликвидации соединений ОУН-УПА написано немало. Наряду с художественной литературой существуют многотомные исследования, сняты разные по качеству и достоверности художественные и документальные фильмы. Не будучи историком и не имея ни малейшего желания высказывать неправомерные и, быть может, спорные суждения о том далеком времени, я хочу рассказать об одном, казалось бы, не очень значительном эпизоде той войны. В основу рассказа положены пересланные мне воспоминания отца одного из моих однокурсников. Для удобства передаю этот рассказ от первого лица. Конец июня 1944 года..."

  • 02.05.2022 2:45:29

    Галина Ицкович. "В тени разделенной ответственности"

    "Бездействие из так называемого плюралистического невежества (другими словами, отрицания того, что король голый), из страха общественного порицания, из диффузии ответственности за происходящее входит в конфликт с идеей коллективной ответственности, и не наступает ли момент, когда общество, отказывающееся действовать в соответствии со стандартами современного мира, поедает само себя?

  • 30.04.2022 1:24:44

    Ирина Самахова. "Свободное слово — это украинский флаг в собственном окне"("Права человека")

    Мила не пользуется социальными сетями. Ее свободное слово — это украинский флаг в собственном окне. ​

  • 28.03.2022 17:35:11

    Леонид Подольский. "Роман "Мать" Горького: рождение соцреализма" ("Критика. Эссе")

    "Вы будете сильно смеяться: я только что подробно перечитал роман Горького «Мать». На протяжении многих лет мне, и не только мне, он представлялся исключительно агиткой, произведением, написанным по заказу, явлением скорее идеологического порядка, чем литературного... «Мать» - очень крепкий роман, в процессе чтения произведение производит весьма сильное впечатление, автору удается повести читателя за собой, подвергнуть внушению. Требуются немалые интеллектуальные усилия, чтобы мысленно вступить в полемику с пролетарским писателем. Я не стану останавливаться на мелких стилистических неточностях, вместо этого попытаюсь оценить роман по существу. Это идеологический роман, следовательно, придется подойти именно с этой стороны..."

  • 17.02.2022 18:36:00

    Леонид Подольский. Пьеса "История театра" ("Драматургия")

    "1993 год. Москва. В комнате на стене висит портрет красивой молодой женщины в ярком платье и молодого мужчины. Они кажутся счастливыми и улыбаются. В кресле сидит пожилая женщина и рассматривает старые фотографии в альбоме. Это Берта Михайловна Коган. Б.М. Как быстро все прошло. Какая короткая жизнь. Не успели оглянуться… Мы были как бабочки среди холодной зимы… Михоэлс… Зускин… (листает альбом)."

  • 16.02.2022 20:06:00

    Леонид Подольский. "Поединок (рассказ-анекдот из жизни)" ("Сатира и юмор")

    "В кабинет заведующего отделом Виктора Ивановича Валуева легкой походкой небожительницы входит Милочка Неваляева и одаривает шефа ослепительной улыбкой. - Вы меня звали, Виктор Иванович? - Да, то есть нет, то есть да, - мнется Виктор Иванович. – Видите ли, тут командировка на два месяца в Ленинград. Не знаю, кого послать. Вы ведь не сможете? - Почему это не смогу? – обиделась Милочка..."

  • 15.02.2022 20:09:00

    Леонид Подольский. "Психотерапия" ("Сатира и юмор")

    "- Доктор! Помогите, доктор! Не могу больше. Не могу… - мужчина лет тридцати пяти в отлично сшитом сером костюме, при галстуке, с дипломатом в руках, затравленно озираясь, влетел в кабинет и остановился перед доктором Курловым. – Не могу больше. Не могу. И здесь тоже очередь. А мне на работу. Это же неуважение… - мужчина вытащил из кармана носовой платок и судорожным движением стал вытирать вспотевшее лицо..."

Спонсоры и партнеры